Корреспондент «КП» побывал на съемках продолжения популярнейшего сериала
В «Эпидемии», лучшем отечественном сериале 2019 года, Россию и мир накрывала непонятная болезнь, о которой люди сначала кашляли, потом слепли, а потом умирали. Власти объявляли в Москве карантин, город оцепляли, а на его улицы выходили бандиты, воцарялась паника. Сергей (Кирилл Кяро) спасал свою нынешнюю жену (Виктория Исакова) с ее сыном-подростком (Эльдар Калимулин), а заодно бывшую (Марьяна Спивак) с их общим ребенком-дошкольником. К ним присоединялись соседи — Леонид (Александр Робак), его беременная жена (Наталья Земцова) и дочка (Виктория Агалакова). Вырвавшись из столицы, компания отправлялась в Карелию. Там, посреди Вонгозера, стоял переделанный из корабля домик, где герои рассчитывали спрятаться ото всех бед.
![](https://s16.stc.all.kpcdn.net/putevoditel/serialy/wp-content/uploads/2021/07/Screenshot-2021-07-26-at-17-36-06-scale_1200-Izobrazhenie-WEBP-1024-683-pikselov-1024x682.jpg)
В Карелии есть целых два Вонгозера и еще миллион водоемов, названных подобным образом (Выгозеро, Совдозеро, Сегозеро, Сямозеро, Маслозеро и т.д.). Но, несмотря на такое богатство выбора, первый сезон «Эпидемии» снимали в Архангельской области. И только ко второму перебрались наконец в республику, практически целиком состоящую из сосен, воды и зарослей иван-чая. Невероятно живописные места когда-то пригодились Станиславу Ростоцкому для «А зори здесь тихие»; пригодятся и для фантазии про пандемию (на фоне которой все несчастья, принесенные человечеству ковидом, выглядят камешком в ботинке).
Кстати, коронавирус накрыл планету, как раз когда сервис PREMIER заканчивал показ первого сезона. «Когда начались разговоры о том, что в Ухане что-то не так», — вспоминает Марьяна Спивак, — «даже мелькнула мысль: «Ничего себе продюсеры пиар-акцию устраивают, чтобы показ прошел с хорошими рейтингами!» Хотя это, конечно, стечение обстоятельств. И я даже не знаю — выстрелил бы этот сериал так мощно, если бы не случились пандемия и локдаун».
Первый сезон снял режиссер Павел Костомаров, на втором его заменил Дмитрий Тюрин, постановщик сериалов «Триггер» и «Магомаев». И, по его словам, «Эпидемия-2» будет заметно отличаться от «Эпидемии-1». «В первом сезоне была взята настолько высокая эмоциональная планка, что дальше продолжать в этом направлении просто некуда. Но, на мой взгляд, это и хорошо, что второй сезон не будет похож на первый». Сейчас члены съемочной группы шутят, что первый сезон «Эпидемии» был психологической драмой, а второй больше будет напоминать «Индиану Джонса». Но сюжет держится в тайне от журналистов: продюсеры страшно боятся, что те перескажут в репортажах все самое интересное. Да и актеры в ходе интервью сами себя обрывают («С моим персонажем случится такое, такое! Блин, я не могу вам об этом сказать!»).
Те, кто помнит финал первого сезона, в курсе, что домик на Вонгозере сгорел, а стало быть, героям нужно искать новое убежище. Они будут много странствовать по живописным местностям («А чего им на месте сидеть, здесь все съели, пошли дальше искать!» — замечает Марьяна). Съемки идут уже несколько месяцев в разных локациях — не только в Карелии, но и под Петербургом, и в Пушкиногорье. В сюжете появляются новые персонажи — об одном известно, что он как бы «проводник», помогающий героям (Юрий Борисов). Один из них в какой-то момент сильно повредит ногу. Также появится гадюка (живая — ее нашли реквизиторы и присвоили ей имя Агриппина).
Вот и все спойлеры: кажется, не получилось сильно испортить вам удовольствие от просмотра.
«ИЗВИНИ, НО ТЫ ЖЕ ОРАНГУТАН»
Мы в лесу рядом с городком Питкяранта (который тоже подходит для съемок триллера, действие которого разворачивается лет через 15 после гибели человечества). Но лес прекрасен. Посреди него стоит Дарья Екамасова. Едва поздоровавшись с журналистами, она сразу извиняется и куда-то убегает, чтобы стереть с зубов краску, — и только потом начинает давать интервью.
— В кино у гримеров существует восемь, по-моему, видов соплей и четыре вида красителей для зубов — рассказывает Дарья. — Один — для зубов персонажей, которые много курят, другой — для тех, кто пьет много кофе, третий — для тех, у кого зубы сгнили от плохой еды и четвертый — для тех, у кого плохое здоровье. У наших девочек все это есть, они это используют. И краска держится целый день! Еще у героини все время грязь под ногтями, это тоже краска, она оттуда с трудом потом извлекается. Я сейчас приеду в номер, буду все это оттирать, отмывать — не могу ложиться спать в гриме, даже если знаю, что через шесть часов надо вставать и опять ехать на площадку пачкаться. При этом на площадке я, наоборот, говорю гримерам: «Давайте, делайте меня еще грязнее!» И каждую жилочку они мне прорисовывают, каждую морщинку, конопушки…
Жизнь в лесу, которая предстоит персонажам во втором сезоне, вообще полна лишений. Естественно, все похудеют: на бруснике не разъешься. Кто-то, как Виктория Агалакова, превратившаяся в тростинку, не видит ничего особенного в том, что пришлось сесть на диету: «Это просто часть нашей работы». В 24 года ей легко об этом говорить. Кто-то, как Кирилл Кяро, охотно делится впечатлениями: «Я еще поднабрал вес перед съемками, потому что в предыдущем проекте снимался в Грузии и в Осетии. А в Осетии тебя встречают и провожают тремя пирогами с мясом или сыром. Я встал на весы — и понял, что растолстел, а мне вот-вот надо быть истощенным. Хорошо еще, что первый этап съемок был зимой, мы были в куртках, и на экране не будет видно, что я не такой худой, как полагается… Но вообще я сел на бездрожжевую и безалкогольную диету, быстро вернулся к своему обычному весу, а потом еще скинул килограмма четыре».
И, конечно, среди сосен и мха мужчинам нечем будет бриться. Эльдар и Кирилл стали бородатыми — и почти неузнаваемыми. (При этом в начале сезона они еще бритые — всей съемочной группе пришлось ждать месяц, пока артисты как следует обрастут щетиной). «Саша Робак тоже отрастил бороду, но он уже закончил основную часть съемок, и сбрил ее», — говорит Кяро. — «Он уже чистенький, хорошенький. Мы с ним недавно встретились в Петербурге, сидим, обедаем, он смотрит на меня, бородатого, и говорит: «Слушай, извини, но ты же просто орангутан».
А Калимулин жалуется: «Я сам настоял на этой растительности, и очень сильно пожалел. В усах виснут вся еда, все напитки. Ты об этом забываешь, и в результате штаны и футболки постоянно грязные, в разводах. Зато нас никто не узнает, потому что мы похожи на бомжей… Нормальные люди, когда отращивают усы и бороду, потом их подбривают, а я не могу! И еще появилась дурная привычка запихивать ус в щель между зубов…». Потом, словно опомнившись, он добавляет: «Нет, это классно, это круто, что мой персонаж изменится не только внутренне, но и внешне».
Но как именно изменятся персонажи внутренне? Видно, что некоторых актеров просто распирает от желания обсудить «арку персонажа», но все боятся спойлеров. «Она стала помягче» — сообщает Агалакова о своей Полине (которая изначально была трудным подростком и алкоголичкой, но потом повстречала любовь в виде героя Калимулина с синдромом Аспергера и завершила сезон его венчанной супругой). «Может быть, ваша героиня станет мамой?» — интересуются журналисты. — «Не знаю», — каменеет Виктория. И так примерно со всеми. Только Калимулин все-таки рассказывает об Аспергере, от которого страдает его герой: «Эта болезнь не может уйти, она с ним, но он с ней взаимодействует. Это и его крест, и его суперспособность, он должен с ней развиваться».
«ОЛЕНЕЙ МЫ ЛЮБИМ ИЗДАЛЕКА»
На съемках первого сезона для актеров самым тяжелым был холод. «Мы постоянно сидели в холодных машинах, то никуда не едущих, то глохнущих. Было очень много ночных смен. Темнота, снег, потом ты видишь огонек буфета, и вместе со всеми на него бежишь: «О, коврижки, коврижки!» — вспоминает Эльдар.
Второй сезон, наоборот, снимается на дикой жаре. Причем основное действие «Эпидемии-2» разворачивается осенью, и все пекутся на температуре +36 в осенних костюмах. Только в самый последний момент, перед тем, как режиссер крикнет «Мотор!», актеры надевают свитера и заходят в кадр. В окрестностях площадки нет ни магазинов, ни большого холодильника, чтобы его можно было загрузить льдом. Однако есть Ладожское озеро, и во время перерывов актеры буквально сдирают с себя одежду и бросаются в воду прямо в «игровом» белье. Гримеры кричат им с берега: «Воло-о-осы! Не мочите волосы!» (у некоторых на прическу нанесена краска, которая после купания стекает на лицо).
Зато вокруг красиво и волшебно. На пригорке, где Марьяна Спивак разговаривает с журналистами, группа уже работала месяц назад, потом уехала в другие места, и сейчас вернулась.«В прошлый раз, в последний съемочный день, нас вышли провожать все звери, которые здесь живут. Приплыли нерпы, какие-то рыбы, прилетели чайки, выползли здоровенные светлячки, прибежали зайцы и лисы… Вся фауна словно решила нам сказать: «Я здесь есть!» И это, конечно, очень хорошо влилось в нашу историю».
В этот раз лис и светлячков нет, но есть три оленя: одного зовут Михаил, второго Степан, а третьему имя пока не придумали. Михаила уже снимали месяц назад, а когда вернулись, оказалось, что он полинял и из белого стал черным; при этом рога у него отросли в два раза. Все сцены с его участием пришлось переснимать.
Олени мирно поедают мох в загоне. «Они такие добрые, мягкие», — рассказывает Марьяна. — «У них, оказывается, рога очень чувствительные, нельзя их за рога трогать. Только в какой-то период они одеревеневают, а вообще они — как нос. Очень хочется оленя пожамкать за рога, он же вкусняшка такая, а оказывается, ему может быть больно. Поэтому мы их любим только издалека, чтобы не повредить».
После первого сезона «Эпидемии» на актеров и актрис неожиданно обрушилась международная популярность: сериал купил Netflix и показал в десятках стран (к тому же его посмотрел и разрекламировал в своем твиттере Стивен Кинг). В фейсбук и инстаграм косяком пошли личные сообщения от чилийцев, индийцев, бразильцев… Естественно, теперь девушек периодически зовут замуж, а Марьяне Спивак поступило эксклюзивное предложение: прислать фото своей ноги за гонорар в 10 000 долларов. Она теперь смеется: «Теперь я знаю, как в случае чего подзаработать».
А у Натальи Земцовой просто украли инстаграм: «Какой-то турок написал: «Я ваш поклонник, я вас обожаю!» Но при этом влез в инстаграм и присвоил его себе, а потом потребовал за возвращение денег: «Ты же звезда, ты снимаешься на Netflix, у тебя денег полно!» Я сказала, что никогда в жизни их не заплачу. Instagram мне не помог вернуть эту страницу, хотя у меня там стояла галочка, что это действительно я. Мне пришлось заводить новую страничку, уже без галочки, ну ладно, это не так страшно».
Премьера второго сезона «Эпидемии» состоится в начале 2022 года на видеосервисе PREMIER.
Главное ФОТО: личная страница Instagram режиссера Дмитрия Тюрина