Николай Цискаридзе: «Не верю, что именные билеты по паспорту решат проблему с билетами в Большой театр»

Народный артист России, исполняющий обязанности ректора Академии русского балета имени Вагановой Николай Цискаридзе во время пресс-конференции. Фото: Владимир Гердо/ТАСС

22 ноября в ТАСС прошла пресс-конференция, посвященная выходу новой книги «Мозаика. Балет. Щелкунчик». Это новая работа Ирины Дешковой и народного артиста России, ректора Академии русского балета им. Вагановой Николая Цискаридзе. Книжка будет интересна не только балетоманам, но и всем, интересующимся театром - от мала до велика. Коллекционное издание с красочными иллюстрациями, в котором популярным языком расскажут, что такое скенэ, рампа, фуэте… Все хитроумные театральные термины проиллюстрированы оригинальными рисунками Валерия Косорукова.

- Это книга о театре. Мы попытались ответить на многие вопросы, которые интересуют в том числе и меня, хотя, казалось бы, я знаю про балет и про театр все, - сказал Николай Цискаридзе.

Мы и решили проверить, насколько «всё». Например, традиционно острая тема – «Щелкунчик» в Большом театре. Самый хитовый балет на сегодняшний день.

Пока театр не объявил ни расписание новогодних спектаклей, ни цены на билеты. Только слухи. Возможно, что-то знает Цискаридзе.

Про этот спектакль вообще-то он знает все. Когда он был ребенком, его мама доставала по блату билет на «Щелкунчик». И лучшего подарка на день рождения - 31 декабря – Николай и не ждал. Шли годы, он закончил Московское хореографическое училище, стал премьером Большого театра и уже сам танцевал Шелкунчика-Принца. Делал это сотни раз. Теперь танцуют в Большом и в Мариинском театре его ученики, выпускники Академии русского балета, которой он руководит 12 лет.

- Сейчас все спрашивают про балет «Щелкунчик». Для артистов - это ужасный период: хочется наслаждаться гениальной музыкой Чайковского, а надо работать и танцевать эти спектакли, - говорит Николай Цискаридзе. - Столько, сколько я танцевал «Щелкунчика», не танцевал никто. Больше 20 лет. Сначала французскую куклу, потом Принца… В 2014 году отмечали 500-й «Щелкунчик» в постановке Юрия Григоровича (балет был поставлен в 1966 году – Ред.). Так вот из 500 спектаклей, 101 станцевал я.

- С каждым годом все сложнее купить билеты на этот балет в Большой театр? Будь вы директором театра, как вы решили бы проблему с билетами на самый модный в России балет?

- Мы танцевали «Щелкунчика» с конца ноября до апреля. Не каждый день, как сейчас, когда с середины декабря и до конца новогодних каникул танцуют только этот балет. Билеты на ноябрьские и апрельские спектакли были дешевле, чем в рождественскую неделю. На 31 декабря, когда я танцевал в свой день рождения, достать билеты было невозможно. Но на другие даты все желающие могли.

В первую очередь цены должны быть доступными. Вероятно нужно государственное решение, чтобы установить потолок цен на билеты в Большой. Как было в Советском Союзе, когда самый дорогой билет в партер стоил 3 рубля 20 копеек. Даже при минимальной зарплате в 60 рублей, советский человек мог позволить себе купить билет в Большой театр. Да, были очереди, да, сложно достать билет, но цены были доступными. А сегодня даже в кассах цены такие, что многие не могут себе позволить и один билет.

Фото: Владимир Гердо/ТАСС

Раньше в зрительном зале Большого театра было 2,5 тысячи мест, в сейчас 1900. Театр был более демократичным. Можно было посмотреть спектакль, сидя на бордюре, в ложу пускали 10 человек, а не 6, как сейчас. Кто-то сидел, кто-то смотрел стоя. Было другое время. Сейчас приходишь в театр и не видишь детей из балетных училищ. Раньше они свободно ходили на спектакли. Сейчас не пускают. Даже артистов перестали пускать. Никто из сотрудников Большого театра теперь не имеет права зайти в зал и посмотреть спектакль, если нет билета. Раньше такое невозможно было представить.

Я не верю, что именные билеты по паспорту решат проблему. Когда я работал в Большом театре и каждый день туда ходил, я знал в лицо всех билетных спекулянтов, всех клакеров… Одни и те же лица. Они и сегодня около театра стоят. Раз они есть, значит, эту проблему – билетных спекулянтов - не хотят решать.

Когда очередной директор говорит, что у театра выросли продажи билетов, мне хочется спросить: а ты-то тут при чем? Ни у одного театра в мире нет такого гениального расположения, как у Большого театра. Спасибо архитектору Осипу Бове. Локация, его колонны, знаменитая квадрига делают своё дело. Этот театр никогда не знал коммерческих провалов. Творческие были, а коммерческих нет…

Николай Цискаридзе считает, что массовое увлечение «Щелкунчиком» - мода, пришедшая к нам из Америки. Так же как Хэллоуин: «В США в каждой школе есть свой «Щелкунчик»». Правда в Америку эту моду привез из России Джордж Баланчин.

На пресс-конференции Цискаридзе рассказал, что мечтает выучиться на психолога, чтобы систематизировать те мысли и наблюдения, которые накопились.

- Моя мама скептически относилась к моей профессии, говорила, что мужчина в рейтузах долго не сможет работать. Надо иметь ещё какую-то профессию – для жизни, - вспоминал Цискаридзе. – Хотя мою маму все уверяли, что я вундеркинд, по крайней мере в балете. Ребенком я был уверен, что балет - это легко. Такое заблуждение у меня было. Это колоссальный труд, а я по натуре лентяй. Но моя няня приучила меня доделывать всё до конца. Благодаря этой черте я многого добился. Когда у меня было ощущение, что что-то недоделал, я работал, репетировал, учился пока всё не выполню.

Самое ценное в моём воспитании было то, что родители не мучили меня секциями и кружками. Балет выбрал я. Мама мне доверяла, правда и спрашивала строго.

СЛУШАЙТЕ ТАКЖЕ

«Конклав» с Файнсом, «Великая» с Уинслет и «Зять» с Нагиевым: что смотреть в кино (подробнее)