Продолжение расследования «КП»: Тайны черкизовского рынка - часть 2 (только для читателей KP.RU)

Еще одна часть приключений журналистки Евгении Супрычевой на легендарном Черкизоне

Источник:kp.ru

Напомним, что корреспондент «КП» по заданию редакции устроилась продавщицей на главную барахолку Москвы. Начало ее приключений читайте здесь

Вьетнамцы окопались на Черкизоне по-серьезному, не постеснялись. В их кварталы уже водят экскурсии. Наверное, на правах «старых друзей».

Дружить мы начали к конце 80-х. Тогда правительство Вьетнама подписало с СССР соглашение: они нам экспортируют дешевую рабочую силу (а заодно решают проблему перенаселения и безработицы), а мы им за это прощаем долг, который был взят на "построение социализма».

Вьетнамцы спешно паковали чемоданы и приезжали на наши фабрики. А чепез десять лет вдруг оказалось, что страны, которая их приглашала - нет. И предприятиям, которые их нанимали, тоже уже было не до вьетнамцев. Короче, те застряли.

Вся Россия тогда торговала на базаре. Вьетнамцы не растерялись - организовали свои первые дешевые рынки. И некоторые из торговцев неплохо поднялись.

- Но они сильно рисковали, - говорит уже пожилой торговец и бывший «советский маляр» вьетнамец Максим. - И кто сейчас приезжает, тоже сильно рискует. Чтобы купить товар и снять контейнер в Москве, надо во Вьетнаме продать дом или квартиру. Прогоришь - останешься бомжом. Тут жилья нет, и там нет. Поэтому надо очень стараться.

В роли главных «старателей» выступают женщины. Они первыми приезжают в Москву. Открывают тут точку, налаживают бизнес. А уж потом подтягиваются мужья. Работают на подхвате. Вообще живут семьями. И стоит ли удивляться ораве детей, которая носится по коридорам вьетнамского общежития (бывшая общага Академии физкультуры, на территории которой раскинулся рынок - Авт.). Она базируется во вьетнамском квартале, в который уже стали водить туристов.

Я вот тоже после работы решила прогуляться. Начинается квартал с продуктового рынка. Неимоверная суета. Очень душно. В нос бьет запах сырого мяса. Вьетнамцы его рубят прямо посреди прохода, застелив асфальт картонкой. На прилавках навалены горы речных мидий и улиток (такие ползают по городу после дождя). Еще продают лапшу, специи и вот эту зеленую.. репка что ли?

- Это репка? - обращаюсь к продавщице.

- Не наю, - широко улыбается в ответ вьетнамка.

- А вы не знаете? - останавливаю одного из покупателей.

Он тоже не знает. Точнее, не понимает по-русски. Тут никто не понимает. Такие дела. Вроде ты в Москве, а нужен переводчик. И бог с ней, с репкой (или это не репка?), гораздо интересней, что написано на табличках этих многочисленных дверей. Забыла сказать: у рынка есть второй этаж. Подымаешься по лесенке и попадаешь, как бы на узкий металлический карниз. На него выходят двери разных кабинетов.

- Син чао! - открываю первую попавшуюся дверь.

- Син чао! - подымается со стула тучный мужчина.- Что болеть?

- Ага! - думаю - доктор.

Он легко может поставить капельницу. Или иголки. Или пиявки. Ему вообще все равно, что ставить. Говорит, одинаково эффективно при всех болезнях. И цена тоже одинаковая - 600 рублей за сеанс. В соседних кабинетах обосновались гинеколог и стоматолог. Как он там работают при полном отсутствии рентгена - непонятно. Наверное, какой - то «авторский метод». Дальше по курсу банк (у него нет названия, лицензии и т.д.), и салоны красоты. А на противоположной стороне - почти дюжина борделей. По карнизу дефилируют «девчонки» в коротких юбчонках. В принципе довольно симпатичные: высокие (для вьетнамок), одеты броско. Они, наверное, единственные на всем Черкизовском кто ходит на каблуках. Пока у них затишье, но ближе к вечеру клиенты подтянутся. Раньше - то обитатели базара ходили в украинский бордель (при выходе с рынка), но теперь переметнулись к вьетнамкам.

- Хохлушки, конечно, лучше. Они красивые и такие… прямо огонь. Но у них полчаса стоит 600 рублей, а у вьетнамок всего триста, - говорит завсегдатай местных притонов Ахмед. - Приходится идти сюда. Хотя мне не нравится: плоские и это… бесчувственные.