Почему «закон Магнитского» нельзя оставить без ответа

Россия уже выступила с резкими заявлениями: МИД назвал происходящее «спектаклем в театре абсурда», напомнил, что холодная война давно закончилась, а также посетовал на то, что претензии к нашей стране выдвигает государство, где «официально легализованы пытки и похищения людей по всему миру».

Против «плохих» чиновников?

К этому следует добавить, что, по сути, США законодательно обеспечили себе возможность применения санкций в отношении любых граждан нашей страны, которые так или иначе вызывают недовольство в Вашингтоне. Это утверждение требует пояснения: многие убеждены, что закон, принятый конгрессом, направлен исключительно против «нехороших» чиновников, причастных к смерти в СИЗО юриста Сергея Магнитского. Однако, если вчитаться в его отдельные положения, выясняется, что этот черный список имеет лишь опосредованное отношение к «делу Магнитского», которое использовано американской стороной лишь как повод для антироссийской эскапады.

Дело в том, что в четвертом разделе закона говорится о том, что в список могут быть включены российские граждане, «ответственные за нарушения прав человека», а также «лица, способствовавшие их деятельности». Размытость формулировок попросту потрясающая, а уж сферы, в которых возможны «нарушения прав», и вовсе поражают широтой толкования. Санкции следуют за нарушения, совершенные против тех, кто продвигает «свободу слова, религии, собраний, правосудия и демократические выборы». В список граждан России будет включать глава госдепартамента США, учитывая обращения российских правозащитных структур.

Для лучшего понимания ситуации могу привести пример: под санкции вполне способна попасть работающая в территориальной избирательной комиссии рядовая учительница - по причине того, что у нее во время избирательной кампании произошел скандал с какой-нибудь очередной правозащитной организацией, которая не поленилась сообщить об этом своим заокеанским спонсорам. Еще раз - для того чтобы попасть в «список Магнитского», не­обязательно, например, кого-то пытать и мучить или несправедливо осуждать. Достаточно попросту перейти дорогу так называемым правозащитникам. Между прочим, на это в ходе дебатов указывали и некоторые американские конгрессмены. Но большинство сената их доводы решило проигнорировать.

Удобное средство давления

Размытость и нечеткость формулировок закона делают его универсальным средством политического давления, причем исключительно на Россию. Надо сказать, что первоначально американские законодатели рассматривали возможность принятия «расширенной» редакции законопроекта, распространявшей его действие не только на Россию, но и на другие государства, однако на голосование была поставлена «узкая» редакция, что было прямо и недвусмысленно объяснено геополитическими интересами Соединенных Штатов. Действительно, зачем портить отношения с Саудовской Аравией или Катаром? Согласитесь, это же объяснение указывает на однозначную политическую ангажированность принятого закона.

Политическая составляющая затмила и чисто юридические, и процедурные моменты. Представительская ветвь власти в США принятием этого закона прямо вмешалась в компетенции исполнительной и судебной ветвей власти. Во-первых, закон прямо покушается на полномочия исполнительной власти, которая в лице государственного департамента принимает решения о том, выдавать кому-либо визы или нет. Во-вторых, что более страшно, законом вводится в силу внесудебное наказание не­угодных лиц. То есть без рассмотрения в какой-либо судебной инстанции, нарушая презумпцию невиновности, закон позволяет американскому правительству объявлять преступниками и лишать имущества граждан России.

Павел ДАНИЛИН, политолог

«Права и свобода»

Это последовательное попрание американским государством законности было справедливо отмечено российским внешнеполитическим ведомством, которое в своем заявлении тонко намекнуло на практику внесудебных расправ с подозреваемыми в терроризме, на содержание без суда и следствия в течение многих лет узников в Гуантанамо и Абу-Грейб, где к ним применялись пытки, и на иные печально известные случаи демонстративного нарушения американской стороной прав человека. Печально, но «акт Магнитского» по своей силе отрицания норм права уже встал в один ряд с вышеупомянутыми чудовищными свидетельствами довольно безнравственной политики США последнего десятилетия.

А что же за «геополитические обстоятельства» обу­словили принятие «закона Магнитского»? Здесь уместно будет посмотреть на заявление, сделанное госсекретарем США Хиллари Клинтон в день принятия акта. Выступая в Дублине, она прямым текстом заявила, что США не нравится укрепление позиций России на постсоветском пространстве. Она подвергла сомнению намерения нашей страны по установлению более тесных экономических отношений в рамках Таможенного и Евразийского союзов и обвинила руководство страны в имперских амбициях. Все выложила прямым текстом.

Не добавляют любви к России и наша последовательная позиция по недопущению иностранной интервенции в гражданский конфликт в Сирии и ликвидация инструментов вмешательства США во внутрироссийские дела - ужесточение правил финансирования НКО из-за рубежа и закрытие российского представительства агентства США по международному развитию USAID.

Многие республиканцы и часть демократов убеждены, что Барак Обама напрасно пошел в начале своего первого срока на улучшение отношений с Москвой. Деятельность ряда российско-американских рабочих групп, созданных в 2009 году во время так называемой политики «перезагрузки», рассматривается американскими ястребами как ненужные уступки Кремлю. Также они хотели бы, чтобы в рабочих группах по гражданскому обществу, ядерному вооружению и борьбе с терроризмом доминировала исключительно американская позиция.

Здесь в дело вступают внутриполитические расклады - ослабленный президент Барак Обама крайне заинтересован в создании хоть какой-то видимости единения различных политических сил. Заявляя о том, что он «с радостью подпишет «акт Магнитского», глава Белого дома, по сути, сдает отношения с Россией как мелкую разменную монету для проходной ставки в игре на Капитолийском холме. Демонстрируя сомнительную твердость и отсутствующее единство позиций американского истеблишмента, Обама набирает несколько очков, которые, возможно, пригодятся ему для дальнейшего торга по вопросам, имеющим для демократов в администрации и конгрессе США большее значение.

КСТАТИ

Ответные меры

Весь цинизм этой политики отчетливо видят в Москве, что и обусловило моментальную жесткую реакцию российского МИДа. Политическая ангажированность и антироссийская направленность закона попросту не оставили шансов на то, что на него не будет дан ответ. Уже известно, что Россия подготавливает свой черный список, в который наверняка попадут судьи и исполнительные маршалы, имевшие отношение к заключению Виктора Бута, а также американские официальные лица, прямо вовлеченные в пытки заключенных в Гуантанамо и Абу-Грейб. Это действие вряд ли способно хоть как-то озаботить вышеупомянутых персон или напугать американскую элиту, но в данном случае важен тот факт, что Россия официально ответит симметричными действиями. Ведь если бы Москва проигнорировала оплеуху конгресса, эффект был бы куда серьезнее - мы бы потеряли лицо.

Что же до асимметричного ответа, то уже известно, что Кремль планирует заморозить деятельность в некоторых рабочих группах. Несомненно также, что США теперь будет сложнее осуществлять как прямое, так и опосредованное финансирование российской оппозиции. Немаловажным станет и удар по кошельку. Россельхознадзор, заявивший о запрете ввоза из Бразилии, Канады, Мексики и США свинины и говядины с добавлением рактопамина, фактически обнуляет импорт американского мяса. Это нанесет ущерб американским фермерам в размере как минимум полумиллиарда долларов. Причем все сделано абсолютно корректно - рактопамин запрещен почти во всех странах ЕС и в ряде других государств, так что Россия лишь следует общемировому тренду.

Таким образом, ответные действия России по отношению к США понятны. На нанесенный довольно подлый удар Москва ответит пусть и скромно, но вполне ощутимо. Без истерик. Но все же повод задуматься.

ДРУГОЕ МНЕНИЕ

Однако, наш политический обозреватель Владимир Ворсобин, наоборот, считает, что «Список Магнитского» может оказаться даже полезен для России. Уж раз мы не можем сами бороться с коррупцией, нам помогут американцы. Если все счета и недвижимость окажутся арестованы за рубежом, коррупционерам неминуемо придется вкладывать деньги в Россию!