Персидский заплыв

«Жизни Пи»

Кинематографическая энергия, как известно, распространяется волнами. В последние 10 лет такая волна накрыла страны Персидского залива, где наметился рост национального самосознания, выразившийся помимо прочего и в росте местных киноиндустрий.

Благодаря этому процессу, усиленному финансовым благополучием нефтеносного региона, на свет появилось три новых кинофестиваля. Абу-Даби – Дубаи – Доха. Самый звук названий этих туристических точек внушает оптимистам и редким поклонникам бурно развивающегося арабского кино надежды на явление киномиру новой большой фестивальной тройки, способной в будущем догнать и перегнать тройку замыленную и слишком борзую, Берлин – Канны – Венеция. Исторические пессимисты напротив судачат о том, что новая тройка – скорее бермудский треугольник, точнее, безжизненная декорация и мыльный пузырь, что шедевров арабского кино пока никто не видел, и что лавочка прикроется, когда (если) закончится нефтяной бум или изменятся экономические и политические приоритеты.

Тем не менее, все арабские фестивали живы и неплохо себя чувствуют. Особенно Дубайский, самый «старый» из них. Кроме демонстрации едва ли не всех кинолент, снятых на арабском языке (годятся и европейские картины, где мелькают компатриоты или рассказывается о жизни диаспор), фест балует пафосными показами звучных голливудских новинок – в этом году долгожданной «Жизни Пи» Энга Ли, «Хичкока» Саши Гервази с Энтони Хопкинсом в заглавной роли и трехмерной феерией о цирке Дю Солей, снятой Эндрю Адамсоном, одним из авторов «Шрека» и «Хроник Нарнии». Никак не обойтись, разумеется, и без гламурных событий, на которых жены окрестных шахов могут выгуливать свою ювелирку. На дубайский красный ковер в этом году свезут в числе прочих Колина Ферта, Кристин Дэвис из «Секса в большом городе» и Руни Мара из «Девушки с татуировкой дракона».

Помимо арабских картин в Дубае стараются дать более-менее широкую панораму мирового кино, но ничего отвязного или скандального здесь, само собой, не найдешь. В каталоге под названием каждого фильма значится цифра, указывающая возраст, с какового его можно смотреть без ущерба для психического здоровья. Здесь же и описание сколько именно наготы или насилия в нем содержится.

Программный директор Масуд Амралла Аль Али, в десятку своих любимых фильмов включивший «Тени забытых предков» Сергея Параджанова, «Сталкер» Андрея Тарковского, «Я – Куба!» Михаила Калатозова и снятого в СССР «Дерсу Узала» Акиры Куросавы, современным российским кино интересуется явно намного меньше. Поэтому из русскоязычных картин на фестивале покажут только одну – «В тумане» Сергея Лозницы.