Думы о смерти. Часть 2. За страх, или за совесть?

Наши колумнисты продолжают неспешную беседу о вечном

Продолжение. Часть 1. Почему завещано бояться?

Грачева. Скажи, Варсегов, а почему скрыто от нас то, что за смертью? То ли потому, что мы слишком рано будем желать освободиться от земной доли, то ли из-за того, что жизнь «биоробота» заканчивается с гибелью его мозга, и не надо его заранее расстраивать. И при этом смерть - обязательное условие существования. Иначе, размножаясь, не умирая, мы бы все земное пространство своими телами заполонили.

Варсегов. А сокрыто от нас загробное для того, Грачева, чтобы дать нам свободу выбора. Ежели всяк подлец будет точно знать, что он под наблюдением и что отвечать ему за свои грехи, то он праведником прикинется, будет жить показно по совести. А неведенье есть свобода выбора.

Грачева. Ну что ты говоришь? Добровольным праведником, Варсегов, даже и один-единственный человек вряд ли свой путь прошел. Вот праведник потому, что «Бога убоялся» - в это я верю. Или закона земного убоялся. Или мораль отточил собственную. А так от греха лишь любовь удержать может. Да вот совесть еще, о которой у нас на форуме вспомнили (цитирую): « O.Ф. Для чего живем, что вечно? То, что не разрушить и не стереть в пыль. Что нельзя потрогать, увидеть, понять? Совесть... Совесть толкает нас на добрые поступки, а поступки остаются в памяти. Значит, именно добро вечно».

Только вот маленькая поправка: добро вечно для людей, и необходимо для уприятниванья существования. А нужно ли оно тому Вечному разуму, что нас создал — неизвестно.

Цитата с нашего форума: «Гость 8614. Без Бога — не значит «бездуховно». Духовность такое же естественное свойство человека, как и интеллект (не столько интеллект связан с духовностью, сколько мышление и чувства), а духовное развитие («не хлебом единым») — естественная потребность человека, и, как и интеллект, развивается и совершенствуется без Бога».

Варсегов. Вот что, Грачева, думаю. Праведником (искренним праведником) человек становится не по вере в Бога, а по причине большого разума, иль – интеллекта по-вашему, по-научному. Нет, я не против веры, только верующие праведники, соглашусь с тобой, несколько подозрительны – а искренни ли оне? Не по боязни ли ока Божиего стали праведниками?

Другое дело – высокий разум. Он сам выводит человека на праведную стезю через правильную оценку своих поступков. И человек разумный, творя неправедное, просто не может себя уважать. Аки и наоборот, когда слабоумные уважают себя за хитрость свою, за умение жить богато по науке «умей вертеться».

Цитата с нашего форума: «Л.П. Я уже немолодой человек с куче, весьма серьезных, болячек. Проводила в последний путь почти всех родных и половину подруг. Несколько лет назад была у меня клиническая смерть. Откачали. Ни светлого туннеля, ни родных не видела, хотя до этого немного верилось в байки насчет «Того света». Помню только чувство покоя и счастья, и жутко не хотелось возвращаться. Я верю в реинкарнацию. А иначе жизнь человеческая становится бессмысленной. Родился, жил, страдал, радовался, умер. И все? Тлен, прах, могильный холмик, а потом и этого холмика не будет. И памяти не будет, не все же эпохальное в жизни совершают, чтобы о них потомки помнили. Да от такой перспективы человек должен сразу, как только в разумный возраст войдет, помереть от ужаса. Дык же не помирают, наоборот, считает себя чуть ли не бессмертным. Мол, все помрут, но не я. Возможно, душа знает, что эта жизнь не первая и не последняя. Пройдет душа нужное количество жизней достойно — и будет ей покой и нирвана. Смешно? Ну, я таким способом подбадриваю себя. А если честно, то второй раз мне умирать страшно. Но куда деваться-то».

Грачева. По-моему, эпохальное что-то и не обязательно. Делаем хорошее, тогда остаемся — словом, поступком. Не столь надолго, как Пушкин или Дмитрий Донской, но все же. И тут все на равных: и инвалид, и чемпион мира. С каждым из нас живут давно ушедшие люди — бабушки, друзья, учителя. Мне лично помогают в трудную минуту больше воспоминания о тех, кто МЕНЯ любил и жалел, а не о тех, кого я сама любила. Так и кажется, что носится над землей вечный беззвучный крик: «Полюбите меня! Скажите слово! Хоть по голове погладьте - век не забуду....». Милосердие - великая вещь. Но, опять же, земная и к нашим глобальным вопросам отношения не имеющая.

А вообще обсуждаем мы все это с точки зрения западного человека, который привык подходить ко всему разумно и все заранее планировать. Вон, в средние века, когда смерть ходила рядом, можно сказать, рука об руку с человеком, так жили одним днем и не задумывались. Радовались пище, удовольствия пили до капли - помнишь, «Пир во время чумы»? В странах третьего мира и до сих пор так, у них другое восприятие жизни. Акцент делается не на конец, а на сам процесс - и жизнь наполняется смыслом. А мы привыкли, что все у нас под контролем, и то, что из-под него выпадает, что не поддается регулированию, вызывает панику. Раньше и человеческое «я» воспринималось куда шире. «Я» - это и семья, и весь мой род, племя. Защищая это, человек защищал себя, и не страшно ему было. Сейчас мы стали индивидуалистами.

Варсегов. Да не переживай, Грачева, о кончине своей. Никуда ты не денешься с умиранием тела физического. Ну рассуди сама, было бы крайне нерачительно с позиций Высшего здравого разума разбрасываться такими как ты полезными человеками. Я просто уверен, что столь архисложный организм с высокой мыслительной составляющей не мог быть создан только для сиюминутного существования. Не логично. Вот попомнишь мои слова, когда мы с тобою встретимся на том свете!

Грачева. Так сейчас только и попереживать, пока времени много. Через тридцать лет уж, может, и не захочется. Ладно, доживем — увидим, кто прав.

А вот — наш авторский выбор: