И целому миру мало... не покажется!

Фото: Валентин ДРУЖИНИН. Перейти в Фотобанк КП

Один из заметных юбилеев минувшей недели - 50 лет со времени выхода на экраны ленты «Доктор Но», первого фильма о приключениях британского агента 007, бесподобного Джеймса Бонда, с Шоном Коннери в главной роли. Пересмотрев старое кино, я ощутил сильное желание нырнуть в, казалось бы, жутко опасный 1962 год, год Карибского кризиса и постоянных испытаний ядерного оружия как в СССР, так и в США. Нырнуть, дабы побороться за светлое будущее.

БОНД, «БИТЛЗ» И ЛЮБОВЬ

Есть нечто символическое в том, что премьера «Доктора Но» в Великобритании (5 октября) совпала с выходом первого хита «Битлз» - песенки «Люби, люби меня». Очаровашка Джеймс Бонд, ни перед чем и ни перед кем не пасующий, органично вписывался в то новое после Второй мировой войны отношение к жизни, в то преисполненное надежд, несмотря на разнообразные кризисы, мировосприятие - и в Соединенных Штатах, и в Советском Союзе, и в Европе.

Джеймс Бонд Шона Коннери был брутален, но не жесток (в отличие от нынешнего, крейговского). Убив одного из охранников зловещего Крабового острова, в ответ на вопрос «Зачем?» главной героини - Хани Райдер (какой же красивой была актриса Урсула Андресс!), он без всякой гордости констатировал: «Пришлось». Можно улыбнуться, слушая рассказ Хани Райдер о том, что она получает образование, читая энциклопедию, и уже считает себя образованнее Бонда, ибо дошла до буквы «т». Но ведь главное - она вследствие собственной внутренней потребности эту энциклопедию читала в отличие от загубленно примитивных (точнее, живущих загугленно) ролевых моделей наших дней! В «Докторе Но» много юмора. Режиссер Теренс Янг считал, что «многие вещи в фильме - секс, насилие и т. д. - если они будут преподноситься прямолинейно, вызовут реакцию отторжения и никогда не пройдут цензуру».

Господи, какой там секс, какое насилие! Все настолько элегантно. Сейчас и секса, и насилия все больше, а вот юмор исчез. Как и осознание того, что эротике чужды голые тела, всегда проигрывающие изящной обнаженности. Выход Урсулы Андресс из моря в бикини на побережье Крабового острова - до сих пор самый сексуальный эпизод в истории кино.

Хрущевский Кремль традиционно глупо осудил появление «Доктора Но», назвав его олицетворением капиталистического зла. Но злом он не был. Хотя рядом с Ямайкой, где происходит действие фильма, сверкала революционная Куба, бесившая тогдашнего президента США Джона Кеннеди, остров Свободы никоим образом не фигурировал в повествовании. Продюсеры Альберт Брокколи и Гарри Зальцман не хотели утяжелять атмосферу холодной войны, не хотели, чтобы главным врагом Джеймса Бонда выступали русские, которые, как выяснилось через неделю после премьеры киноленты, разместили на Кубе четыре мобильные установки ядерных ракет. «Восток и запад - это всего лишь направления стрелки компаса», - говорит циничный доктор Но, входящий в состав преступного СПЕКТРа - «Спецподразделения по контрразведке, террору и репрессиям». СПЕКТР, а не СССР преподносился как главный враг миру на Земле.

Кеннеди, кстати, внес большой вклад в популяризацию произведений Яна Флеминга, автора эпопеи о Джеймсе Бонде. В интервью журналу Life, опубликованном в марте 1961 года, глава Белого дома назвал роман «Из России с любовью» в числе десяти своих самых любимых книг, и именно по этой причине одноименная лента стала вторым фильмом бондианы. Он оказался и последним, который посмотрел в своей жизни Кеннеди. Это произошло

20 ноября 1963-го в Белом доме перед отъездом в Техас. 22 ноября президент США был убит.

Но его смерть не перечеркнула ожиданий, что когда-нибудь все равно все будет хорошо. Оставалось два года до появления бестолковых, но милых хиппи. Крепли Движение за ядерное разоружение, возникшее в конце 50-х, Движение неприсоединения, созданное в сентябре 1961-го. Были истреблены фашисты. Не горланили сионисты. Набирал силу рок.

ВОЙНА ВСЕ СПИШЕТ?

Гораздо позже стало известно, что 13 марта 1962 года министру обороны США Роберту Макнамаре был представлен план секретной «Операции Нортвудс», одобренный всеми членами Объединенного комитета начальников штабов во главе с генералом армии Лаймэном Лемнитцером. Дабы американская общественность поддержала войну с Кубой, военные предлагали несколько вариантов провокаций: убийство кубинских эмигрантов, затопление суденышек с беженцами, захват самолетов, подрыв американского (!) корабля и проведение

терактов в американских (!) городах. Как вариант рекомендовалось даже рассмотреть убийство астронавта Джона Гленна (тот первым из американцев совершил полет вокруг Земли 20 февраля 1962 года). Естественно, во всем должна была быть признана виновной Гавана. К счастью, планы заговорщиков не были утверждены. Через три дня Кеннеди напрямую сообщил Лемнитцеру, что открытое применение силы против Кубы невозможно, а через несколько месяцев перевел негодяя на другую работу.

Прошло чуть меньше 40 лет, демонические ребята подготовились получше, и «цивилизованный мир» успешно скушал официальную версию событий 11 сентября 2001 года в США, проштампованную Джорджем Бушем-младшим. Многие американцы до сих пор верят, что «страшные террористы» оправдали нападение на Афганистан. Да и на Ирак. Да и на Иран, вероятно, оправдают в будущем. Да и... Да и нападай на кого хошь! Кто сдержит? Международное право, чтимое в 1962-м, исчезло. А издерганные, озабоченные самовыживанием люди смирятся с чем угодно.

Это предвидел мрачный антиутопист Олдос Хаксли. Выступая 20 марта 1962 года в Калифорнийском университете Беркли, писатель предрек, что мир приближается к «окончательной революции». Если в прошлом революционеры преследовали цель изменить окружающую среду, дабы изменить индивидуумов, то скоро изменять начнут самих индивидуумов, пророчествовал он. Так как «терроризм в чистом виде» не может осуществляться вечно, «рано или поздно» олигархия добьется того, чтобы люди «возлюбили свое рабство».

Вот и возлюбили. Замызгана демократия. Ею, грязной, вкупе с мифической «Аль-Каидой», как СПЕКТРом, прикрываются реальные, а не киношные теракты и войны. Размыты критерии добра и зла. Не дано исчезнуть ощущению, что, если настанет Карибский кризис-2, убийственного развития событий не предотвратить.

И распирает желание вновь оказаться в 1962-м, но уже не двухлетним мальчиком, а взрослым. Прокричать: «Люди, цените день сегодняшний! Прислушайтесь к Хаксли! Давайте изменим ход истории!»

Потому что сейчас, как мне кажется, для оптимистического взгляда на будущее человечества не осталось никаких оснований.