На крючке, или Поющие бикини

Весенние каникулы. Кадр из фильма

За азиатский экстрим в Венеции отвечают его прародители. Некогда открытый именно этим фестивалем Ким Кидук показал в конкурсе жестокий романс «Пьета» (Pieta) – вещь, непропорционально разделившую профессиональную аудиторию на ревнителей и хулителей.

Начинается она с изображения огромного металлического крюка. Как известно, крючки поменьше заглатывала и запихивала себе в разные места героиня кидуковского же «Острова», на первый венецианский просмотр которого приезжала «Скорая помощь».

В этот раз, к счастью, обошлось без вмешательства медработников, но во время просмотра чувствовалось то особое напряжение, которое может создавать на экране только знаменитый кореец.

Он по-прежнему, как и до ухода в творческий отпуск (новый фильм знаменует его возвращение в большой кинематограф), увлечен острыми поверхностями и колюще-режущими предметами, его кино все так же оставляет приятное ощущение скрежета железа по стеклу.

В новом фильме действие происходит в потенциально травмоопасных лудильных мастерских и пунктах металлоремонта. Главный герой, бэд бой Кан-до, вышибает деньги из должников, заставляя их калечить себя на рабочем месте для получения страховки. Однажды на его порог заявится женщина и назовется матерью, оставившей его при рождении (в виду чего он, собственно, и стал такой сволочью). Кан-до, разумеется, сначала попытается ее покалечить, но потом впустит в квартиру, заставит съесть кусок своей плоти и даже впоследствии с ней переспит.

Под влиянием столь близкого общения с матерью сердце Кан-до оттает, и он даже сделает послабление своим должникам. Отдавая себе отчет в том, что изображение добрых чувств не является его главным коньком, Ким Кидук быстро перевернет историю с ног на голову. Раскрывать неожиданный поворот мы, разумеется, не станем. Заметим лишь, что «пьета» - это изображение сцены оплакивания Христа богородицей, а Кан-до вовсе не является Христом.

Кадр из фильма "Пьета"

Религиозная символика давно уже обретается на территории кича, поэтому предъявленные Киму обвинения в пошлости кажутся несправедливыми. С религиозным кичем и пошлостью южнокорейский режиссер работает как с благодарным, податливым материалом, в полной степени осознавая его взрывоопасность.

Днем раньше Такеши Китано представил в конкурсе продолжение своей кровавой гангстерской комедии «Ярость» (Outrage). Сюжет о противостоянии двух группировок якудза, стравливаемых полицией до полного самоуничтожения, на сей раз решен в жанре разговорного производственного фильма. Если в первой «Ярости» Китано с большим вдохновением демонстрировал, кажется, все имеющиеся способы умерщвления и пыток (от запихивания в уши палочек для суши до использования не по назначению зубной бормашины), то в «Ярости без предела» (Outrage Beyond) якудза по преимуществу просто рычат друг на друга, и лишь в самых исключительных случаях хватаются за дрель.

Ярость без предела. Кадр из фильма

К экстремальным художественным жестам относится и кислотно-горячечный фильм Хармони Корина «Весенние каникулы» (Spring Breakers). Автор сценария фильма Ларри Кларка «Детки», чей предпоследний фильм именовался «Трахатели помойных баков» (Trash Humpers) поведал о группе юных телок, отправившихся во Флориду провести время в соответствии со своими представлениями о прекрасном.

Во Флориде девки трясли сиськами и нюхали кокаин, пока ни повстречали на своем жизненном пути рэппера с золотыми зубами (упоительный Джеймс Франко должен бы получить приз за лучшую роль, но получит Хоффман или Финикс из «Мастера»). Рэппер завоевал симпатии отроковиц, дав им мастер-класс по оральному сексу — ему удалось взять в рот сразу два пистолета. После чего на белом рояле он талантливо аккомпанировал исполнению чувихами песни из репертуара Бритни Спирс. На фоне морского заката, разумеется. Многие зрители отметили, что в этой ключевой сцене весь фильм щеголяющие в бикини девицы имели на головах розовые балаклавы. И пушки наперевес. Будем честны: бунт влагалищ (Pussy Riot) чаще всего не имеет политической подоплеки.

Девушки решают пожить в свое удовольствие. Кадр из фильма "Весенние каникулы"

Увидев фильм Корина, снятый с недостижимой для отечественного кино раскованностью и свободой (в том числе технической) и украшенный запредельного качества саундтреком, В. Г. Германика, наверное, захочет прервать свою успешную карьеру в кинематографе и уйти в бессрочный неоплачиваемый отпуск.

Впрочем, производители паллиатива могут спать спокойно: широкому знакомству масс с этим произведением наверняка помешают наши душители свобод и ревнители морали. Природный ум и смекалка обязательно помешают им солидаризироваться с Корином, бросившим свой талант аккурат на живописание безграничной тупости бройлерной части современной молодежи.