Привычка воровать не лечится зарплатой?
Полковник, командир полка, у которого в подчинении было полторы тысячи личного состава с армадой боевой техники, получал меньше, чем уборщица супермаркета, «командующая» шваброй и пылесосом. А лейтенант (командир взвода) по размеру месячной получки уступал грузчику коммерческого склада.
Хилая зарплата вынуждала тысячи офицеров правдами и неправдами искать левые доходы: генерал втихаря подрабатывал в совете директоров военно-промышленной фирмы, адмирал лоббировал продажу отслужившего свое крейсера зарубежным бизнесменам (на металлолом) и получал за это увесистый откат в долларах. Полковник приторговывал якобы списанными военными грузовиками, майор - горючим для кораблей, капитан - теплыми солдатскими кальсонами. Ну а летеха, случалось, загонял бандюгам пригоршню автоматных патронов, «сэкономленных» на стрельбище.
И все те, кто оказался за решеткой в суде, умоляли обвинителей сжалиться и понять, что они пошли на преступления от невыносимой бедности.
Военные прокуроры, психологи, социологи тоже втолковывали нам, что разгул преступности среди офицеров в те лихие 90-е да и в недавние нулевые - следствие бедственного материального положения командиров. Количество только выявленных уголовных преступлений экономического характера подбиралось к двум тысячам. Даже среди генералов и адмиралов оказалось более 200 уличенных в воровстве и мошенничестве.
Но вот четыре года назад началась военная реформа, а вместе с ней появился знаменитый приказ Минобороны № 400 о «награждении» лучших офицеров деньгами. Пахарь Ванька-взводный вместо былых 13 тыс. рэ стал приносить своей Маше в четыре раза больше. Передовой комбриг (полковник) вместо 30 тыс. стал получать 80. Затем (с 1 января этого года) грянуло почти троекратное увеличение денежного довольствия всему комсоставу.
Зарплата офицерского корпуса стала наступать на пятки доходам среднего класса. А вся армия по этой части рванула с 33-го на пятое место в мире.
Но вот парадокс: офицеры стали богаче почти втрое, а количество воров, взяточников, мошенников среди них не уменьшается. Такие преступления, по словам Главного военного прокурора Сергея Фридинского, принимают уже космические масштабы: «Воруют так, что не успевают тратить». Юный лейтенант на ВМW или полковник с часами за $20 тыс. уже никого не удивляют.
А тем временем стальных сейфов военного следственного управления уже не хватает для пухлых томов уголовных дел.
Так что же получается, господа офицеры? Чем больше зарплата, тем меньше совести? А бесценная офицерская честь разменивается на бочку керосина, на потные рубли, тайком снятые командиром с солдатской банковской карты, на бетонную аэродромную плиту, пущенную налево. Бесчестье все чаще побеждает честь. Или я не прав?