Брянская трагедия: Брянцы требуют для убийц 9-месячной Анечки Шкапцовой смертной казни! Часть 3

(Продолжение. Начало расследования читайте в номере за 16 и 17 апреля)

С подачи активистов, принимавших участие в поисках малышки, общество всерьез озаботилось сбором подписей за отмену моратория на высшую меру наказания для «детоубийц», но первыми от гнева толпы пострадали ни в чем не повинные бывшие подруги матери

Напомним:

Жестокость Александра Кулагина и Светланы Шкапцовой, обвиняемых в убийстве своей маленькой дочери, потрясла страну. Пытаясь разобраться в ее причинах, мы начали свое собственное расследование, и покопавшись в семейных «архивах» преступников, выяснили множество шокирующих подробностей об их жизни до совершения преступления. Так, оказалось, что зверски забивший кроху отец в свое время сам был жертвой равнодушия, жестокости и насилия, в том числе и сексуального. А хладнокровно помогавшая ему скрыть следы преступления мать с детства вызывала беспокойство психологов и окружающих, что ни капли не волновало только ее родителей. Мало того, мать девушки шла у нее на поводу и одобряла связь несовершеннолетней дочери с ранее судимым взрослым мужчиной.

Светлана Шкапцова написала это заявление и ушла из медколледжа, чтобы скрыть свою беременность?

Девчонок «порвали» за дружбу с убийцей

«Расстрелять сволочей!» – первая фраза, услышанная мной во дворе Володарского района города Брянска, где Кулагин со Шкапцовой снимали квартиру. В сердцах ее выкрикнула проходившая мимо соседка – «старшая по дому», как она сама представилась.

- Спросите кого угодно, все мы единогласно за смертную казнь этих нелюдей! – женщину буквально колотило от гнева. – Мы тут демонстрацию устраивали, когда их на следственный эксперимент привозили. Так Шкапцовой все вслед плевали, как ведьме! Все голосуют за то, чтобы их казнили – спросите кого угодно!

Я спросила. Это оказалось правдой. Абсолютному большинству опрошенных недостаточным наказанием для убийц Анечки кажется даже пожизненное заключение. Толпа требует крови, и во время пресловутого следственного эксперимента полицейским пришлось выстраивать кордон, чтобы обозленные митингующие не порвали Шкапцову и Кулагина на куски. Причем, многие читатели, откликнувшиеся на публикации об этом, сетовали на то, что «в таких случаях полицейские могли бы быть и «порассеяннее», хотя бы на пару минут. Неужели им жаль этих нелюдей, ведь у самих тоже есть дети!»

Кстати, не имея возможности сорвать гнев на преступниках, та же толпа с готовностью перекинулась на подруг Шкапцовой, которые вместе со всеми принимали участие в поисках и до последнего, как положено друзьям, защищали Свету от нападок. Их было двое - Аня и Настя. Приехав в Брянск, я, естественно, позвонила девушкам в первую очередь. В телефонной трубке раздавались рыдания и звучала просьба, даже мольба больше не звонить.

- Ничего не понимаем… - растерянно разводили руками коллеги из нашей региональной «КП-Брянск». – Всего пару дней назад, когда стало известно об убийстве, та же Настя нормально с нами общалась. Конечно, ей было тяжело осознавать, с каким чудовищем она дружила, но истерики не было. Может, просто устала от внимания прессы?

Однако дела обстояли гораздо хуже. Выяснилось, что в течение первых же дней несчастных девчонок буквально замордовали обвинениями в «пособничестве» детоубийцам и даже угрозами, которые им слали на почту и оставляли в форумах.

– Безумие какое-то… - вздыхает брянский волонтер Ирина Прагина. – Эти девушки оказывали нам неоценимую помощь, ведь только они имели доступ к Шкапцовой. Ни с кем больше Света не общалась, отказывалась помогать и вообще не шла на контакт, как мы тогда думали «по причине шока и глубокой депрессии». Только благодаря Насте с Аней к нам попали фотографии ребенка, необходимые для объявлений о розыске. Кроме того, подруги здорово помогли следствию, рассказывая о замеченных ими странностях в поведении Светы. Потом уже обе признались, что всю дорогу их мучили сомнения. Но вслух они никогда не допускали даже мысли о том, что Света притворяется «убитой горем» и «разыгрывает похищение». А разве могли настоящие подруги поступить по-другому? Когда же правда открылась, бедные девчонки места себе не находили. Каждая твердила: «Я даже представить себе не могла, что Шкапцова способна на такое! Оказывается, я совсем не знала этого страшного человека!»

Но толпа тем и страшна, что ей до лампочки терзания жертвы. И стадный гнев, даже по самому справедливому поводу, опасен, потому что не управляем и в любой момент может выйти за границы справедливости.

- Что уж говорить о подружках, если даже мне досталось! – переживает Алина Павлюкова, координатор волонтерского движения «Лиза-Алерт». – Меня обвинили в том, что я «покрывала убийц» только за то, что в самом начале истории на сайте я попросила воздержаться от оскорблений и поспешных обвинений в адрес Светланы. Ведь на тот момент ее ребенок числился похищенным…

Только спустя несколько дней Настя неохотно, но все же пошла на общение – спасибо ей за это большое! Аня же, как нам сообщили, загремела в больницу с сердечным приступом.

В суде, где принималось решение об их аресте, Александр Кулагин (верхний снимок)...

«Расстрелять, чтоб другим неповадно было!»

Что же касается смертной казни, тут разъяренные люди от слов переходят к делу…

- Сейчас не только те, кто искал Анечку, но и те, кто болел за нее по всей стране, организовали голосование в интернете за отмену моратория на смертную казнь – рассказывает волонтер Ирина Прагина. – Кто-то из активистов выяснил, что по закону, если будет собрано 10 000 голосов «за», Дума будет обязана рассмотреть наше обращение. И на сайте «демократор-ру» повесили «голосовалку». Она не только по Кулагину-Шкапцовой, естественно, а вообще за то, чтобы применять эту меру наказания к детоубийцам и педофилам. Кстати, у нас тут многие подозревают, что тело девочки потому и сожгли, что, возможно, на трупе были следы и других издевательств, а не только побоев. Они же маньяки! Эротические фото делали через несколько дней после убийства дочери – следователи нашли в «мобильнике» Кулагина. Представляете, Светлана, только что помогавшая запихивать труп собственного ребенка в сумку, позирует сожителю на кровати! Так вот, когда стало известно, что Анечку убили, информация об открытом голосовании разошлась по сайтам, где все это время обсуждались поиски. И когда я зашла на голосование в первый день, было только 70 голосов, на второй – уже 2 000, и их число продолжает увеличиваться. Я тоже проголосовала «за», хотя мне претит сама идея насилия. Но этот случай особенный!

Людей можно понять. Все шокированы. Когда стало известно об убийстве, и волонтеры собрались у дома. Говорят, в толпе даже здоровенные мужики плакали. Но чем же случай с Анечкой такой уж «особенный» для страны, где ежегодно в результате насилия взрослых погибают тысячи детей, и сотни из них – от рук собственных родителей?

- Одно дело алкаши и прочие маргиналы, которые рискуют жизнью детей по дури и пьяни, - ответили мне люди. – Такие были всегда, и их смертью не напугаешь, потому что они не соображают ничего. Именно поэтому за ними все же следят органы опеки, их как-то «строят», лишают родительских прав. Но эти-то изверги алкашами не были! Поэтому за ними никто не следил. А они отлично понимали, что натворили и что творят, но продолжали хитро выкручиваться, ни капли не раскаиваясь! Вот таких – стрелять без разговоров, чтобы другим, подобным, неповадно было!

То есть больше всего людей потрясло то, что такое зверство возможно в обычной семье «с виду нормальной» и что таким образом страшная судьба Анечки так же попадает в разряд «обычного» явления. Безусловно, меня это так же пугает, но решит ли проблему отмена моратория на смертную казнь? Ведь для того, чтобы пугать подобным исходом кого-то, кому «должно стать неповадно», нужно чтобы он сам понимал, что находится в «группе риска». Или хотя бы, чтобы это понимали окружающие его люди, родственники, чиновники... А если ориентироваться на данные нашего расследования по Анечке Шкапцовой, выходит, что в сегодняшнем обществе это невозможно. Потому что нет у нас единой «оси координат» - того самого общего закона «что такое хорошо и что такое плохо», по которому можно было бы объективно судить о себе и окружающих! А соответственно нет и системы, которая регулировала бы его. Да, да, я об общественной морали говорю!

... и Светлана Шкапцова (снимок внизу) прятали лица.

Детоубийцы – обычная российская семья

Люди правы: ужас ситуации именно в том, что Кулагин и Шкапцова – обычная для России семья! И значит, судьба Анечки в любой момент грозит доброй половине российских детей!

Я, например, выспрашивала у требующих для детоубийц высшей меры наказания, есть ли в их доме еще семьи, в которых ребенок или женщина находится в опасности. Кто-то отвечал «не знаю», кто-то категорически «нет»… А теперь вспомним, что говорили те же соседи в самом начале поисков? Что семья Светланы и Александра «обычная», «положительная», «нормальные люди». Это уже потом, когда стало известно, что они сделали с малышкой, многие «вспомнили», что Кулагин «частенько выпивал и бил сожительницу». А знаете, почему так произошло? Да потому, что «пил-бил-жену-детей» не считается у нас в России пороком, достойным внимания! И даже сами жертвы в большинстве случаев не считают то, что с ними происходит, аномалией!

Безбашенные ли 90-е перепахали всем мозг, или, как говорят историки, это просто «этап становления нового общества», но очень многие современные россияне живут в этой самой «группе риска», сами не задумываясь об этом. А окружающие их, если и видят отклонения от нормы, либо отмахиваются: «да пол-России так живет!» либо придерживаются основополагающего закона современности «не лезь не в свое дело!»

Ну, например, осознавала ли опасность своего положения гулящая с малолетства, никем не воспитанная, никогда не работавшая, ни за что не отвечавшая и живущая с 16 лет за счет судимого взрослого мужика Света? Конечно, нет! Ведь, это все с молчаливо-равнодушного благословения родителей. А родители осознавали? Тоже нет. Ведь они четко помнят, что «Пол-России так живет!» и «Во всем виновато государство». А, видимо, более развитые соседки в Почепе, которые сами же называли девочку «гулящей» и видели, что никто не занимается ее воспитанием? Возможно, осознавали… Но кому они должны были жаловаться? Опеке, у которой в местной глухомани полна кадушка гораздо более явных «клиентов» - стопроцентно неблагополучных, по-черному пьющих и рожающих, как кошки? Так на смех же поднимут: «девочка-подросток не воспитана и не учится» – эка невидаль! Одета? Накормлена? Вот и славно!

«Развращенные 15-летки? Много у нас таких…»

- Увы, таких, как Светлана, у нас много, – грустно вздыхает Федор Туманов, старый, заслуженный хирург, руководитель Брянского медицинского колледжа, в котором училась Шкапцова. – Сейчас это норма. А ведь мы входим в сотню лучших колледжей России! Раньше мечтающие вырваться из сельской беспросветности девочки буквально штурмовали это крыльцо! Конкурс был огромным. Приезжие даже из самых глухих районов, те, у кого не было ни особого таланта, ни подготовки, изо всех сил старались учиться, потому что это было для них единственным шансом стать уважаемыми в обществе людьми! И мы шли им навстречу. А что сейчас? Со всей области мы еле-еле наскребаем 300 учащихся. Причем половину из них «тянем за уши», вопреки их желанию, и при этом более 70 из них все равно ежегодно отсеиваются, потому что не хотят учиться! Им это не нужно, потому что в современном обществе другие приоритеты.

- Регулярно к нам приезжают вконец развращенные 15-летние девочки, которые поступили учиться только ради того, чтобы сбежать из-под надзора родителей и творить «на воле» все, что душа пожелает – вздыхает Антонина Петухова, комендант общежития при колледже. – Они ошибочно думают, что у нас тут вольница, а когда узнают о комендантском часе и правилах, тут же уходят. Некоторые сразу, на следующий же день. Некоторые – чуть позже, поначалу сделав попытку бороться. Видите, на окнах решетки стоят и балконы все срезаны? Это здесь по ночам толпами дежурит местная шпана. Многие – на дорогих машинах. Такие вот «кулагины», которые не прочь поживиться глупыми дурочками. Мы их всегда гоняли, а девочки к ним с балконов по пожарному шлангу спускались! А вы говорите - «мораль»!

Так что уж говорить о соседках, если даже педагоги – преподаватели колледжа и воспитатели в общежитии – опустили руки, когда не удалось достучаться до матери Шкапцовой?

С Кулагиным – все еще хлеще. Это кого соседи и учителя должны были записывать в «неблагополучные»? Сына местного милицейского начальника? И кому на него жаловаться? Папе, который «отмазывал» отпрыска от одного за другим преступлений?! И по какой шкале должен был судить себя сам взрослеющий Александр, во всем – от избиения домочадцев до ухода от ответственности - берущий пример с уважаемого в обществе родителя?

Остается только кантовский «моральный закон внутри нас» да религиозные десять заповедей. Но, друзья мои, как говорила великая поэтесса Вероника Тушнова, «чтобы люди веку по росту были, такими надо вырастить их…» Кто растить-то будет? Ведь в сегодняшнем обществе, уж простите за банальность, слова «культура», «педагогика», «воспитание», «мораль» не в ходу. И человек, который не понимает прочной связи между всем вышеописанным и лютой смертью Анечки Шкапцовой – просто слеп или относится к той самой «группе риска».

КОММЕНТАРИЙ СПЕЦИАЛИСТА

«Дума обязана будет рассмотреть требования граждан»

Мнение практикующего юриста, адвоката Олега Павловича:

- То, что подобное, коллективное обращение в Госдуму будет непременно рассмотрено – правда. Но оно ничего не изменит… В 2009 году Конституционный суд признал неприемлимость применения смертной казни в России потому, что здесь сложились «тенденции к уважению и соблюдению прав человека в такой степени, что становится ненужным лишение жизни преступника». А для введения смертной казни «по требованию народных масс» пришлось бы принимать новую Конституцию, чего никто делать не будет.

Властям же возрождать смертную казнь нет резона - этого не поймет Европа. И наконец, не нужно забывать, что в УКРФ Высшая мера по прежнему предусмотрена для убийц и террористов. Если президеньу будет нужно воспользоваться ею в «особом случае», он просто внесет в Госдуму какой-нибудь чрезвычайный Указ о применении данного вида наказания как временной меры. Но врядли поводом для этого послужит смерть Ани Шкапцовой.

О том, что брянские чиновники предложили в качестве борьбы с подобными «с виду благополучными» семьями – в следующем выпуске.