Окопный генерал, замиривший Кавказ

Фото: РИА Новости. Перейти в Фотобанк КП

ФРЕСКИ МОЕЙ ПАМЯТИ

Как известно, генерал Трошев погиб 14 сентября 2008 года в авиакатастрофе под Пермью. Странно, но его, бывшего танкиста, какой-то железной любовью любившего свои «чугунные войска» (как называли танкистов летчики, связисты и прочее высокомерное воинство) Бог призвал к себе именно в День танкиста.

Последний раз живым я его видел в мае 2008-го, за 4 месяца до трагедии. Позже мы только перезванивались. Во время той встречи произошло кое-что необычное, что удивило меня и запомнилось. В те майские дни Северо-Кавказкий военный округ (СКВО), лет 10 почти непрерывно воевавший, праздновал свой юбилей – 90 лет с момента образования. В окружном Доме офицеров (ОДО) собрался весь армейский «бомонд» Юга России. Например, на торжествах присутствовали два бывших командующих войсками СКВО, один будущий, и конечно, действующий. Из четверых трое – Герои России. Из бывших - генералы Г. Трошев и В. Казанцев, многие годы враждовавшие между собой, словно кровники в Чечне. И это не было секретом ни для «знатоков», ни для широкой публики.

После официоза и концерта я помогал Трошеву таскать книги из багажника его автомобиля в банкетный зал. Накануне, в марте, в издательстве «Время» вышла третья книга его мемуаров - «Чеченский излом». Я помогал Геннадию Николаевичу готовить ее к печати (над первыми двумя мы работали с Геной Алехиным, пресс-секретарем Трошева). Сначала помогал писать, теперь помогал таскать. Чуть позже Геннадий Николаевич подписывал книжки своим красивым почерком талантливого чертежника (до армии он успешно учился в институте на архитектурном факультете, а потом все бросил и ушел в танкисты). Но автографы были чуть погодя. А главное, с моей точки зрения, событие случилось у машины с распахнутым багажником, перед фасадом Дома офицеров.

Геннадий Трошев на пресс-конференции в Москве, 2003 г.

Фото: РИА Новости. Перейти в Фотобанк КП

Из двери ОДО вдруг вышел генерал В. Казанцев. Наверное, не захотел оставаться на банкете. Глянул в нашу сторону, встретился глазами с Трошевым…и я чуть ли не зримо увидел некую электрическую дугу между ними. Но искра вспыхнула на миг и тут же погасла. Затем Казанцев шагнул к Трошеву и протянул руку:

- Ну, Гена, бывай!..

Они обнялись и поцеловались. Через секунду я увидел мощную борцовскую спину бывшего полпреда Президента РФ. Виктор Германович уходил один, без привычной когда-то для себя свиты.

Трошева несколько смутил дружеский порыв Казанцева. Геннадий Николаевич явно не ожидал. Они конфликтовали друг с другом лет восемь. Руки не подавали, не разговаривали. А тут обнялись и расцеловались. Это все равно что поцелуй Врангеля с Фрунзе.

В свое время, 18 января 1945 года, У. Черчилль выступил в британском парламенте с речью по поводу ссоры английского командующего маршала Б.Монтгомери и генерала О. Бредли, который руководил американским контингентом в Европе во время Второй мировой войны. «Следует соблюдать осторожность в рассказах о подвигах наших войск и не присваивать…. чужие заслуги», - сказал британский премьер-министр.

Американцы с англичанами не просто делили славу (в том случае – тягались, кто остановил немцев после прорыва в Арденнах), они из-за генеральских амбиций чуть не рассорили союзные страны и сыграли на руку Гитлеру. Вот такое историческое подтверждение фразы классика: «Нам не дано предугадать, как наше слово отзовется».

СЛОВО В БОЕКОМПЛЕКТЕ

Казанцев с Трошевым начали конфликтовать приблизительно по этой же причине. Дело в том, что Трошева первая чеченская военная кампания научила воевать как никого другого. И прежде всего дала понимание, что информационное противоборство порой важнее, чем прямое столкновение военных сил на поле боя. Это еще Наполеон понял два века назад, сказав, что несколько газет страшнее целой армии (а злые языки страшнее пистолета, - вторил классик).

Увы, этот вывод в России почему-то забыли. Поразительно, но уже сравнительно недавно, в августе 2008-го, мы с треском проиграли информационную войну Грузии (или США, которые за ней стояли). Какой-то чудак (или ведомство чудаков) в Москве не пустил в Южную Осетию телекомпанию CNN, и не только ее одну. Естественно, что журналисты стали работать только на грузинской стороне. Результат налицо: полмира считает августовскую войну 2008 г. агрессией России.

Трошев въехал в эти «штучки» еще в середине 90-х, в первую чеченскую кампанию. Не зря переиграл тогдашнего президента Ингушетии Р. Аушева, приготовившего, на мой взгляд, мощную провокацию, чтобы дискредитировать российские войска, руководство страны и не пускать армейские колонны через территорию республики.

Геннадий Николаевич этот ход разгадал и собрал журналистов чуть раньше, продемонстрировав доказательства провокации. Аушев скандалить отказался.

Об этом случае подробно говорится в первой книге мемуаров Трошева «Моя война. Чеченский дневник окопного генерала».

Журналисты со стажем (например, А. Сладков с телеканала «Россия», С.Гапонов и С. Холошевский с «НТВ» и другие ) помнят, что в отличие от многих российских генералов Трошев шел на контакт с прессой охотно, зачастую сам инициировал интервью и комментарии. И в результате замелькал» на телеэкранах и газетных полосах. Телеведущие, в конце концов, в эфире общались с Геннадием Николаевичем, как с другом.

Вот это «мелькание» и стало раздражать коллег Трошева. Они воспринимали его дружбу с прессой как жажду славы. Но тут было совсем другое. Дутая слава Трошеву была не нужна. Просто информационному «оружию» он придавал не меньшее значение, чем реальному. И это оружие он на полную катушку использовал в борьбе

с противником, в работе с местным населением. Геннадий Николаевич понимал, что города, станицы и аулы Чечни, можно брать без единого выстрела, если склонить на свою сторону большинство местных жителей. Тогда желающие мирной жизни люди сами выгонят вооруженных бандюков и «непримиримых» из своих населенных пунктов. Так и случилось. И благодаря контактам с прессой, и благодаря умению Трошева митинговать (в буквальном смысле), убеждать старейшин в селах и не только их.

ВЧЕРА - ВРАГ, СЕГОДНЯ — СОЮЗНИК

Многие наверняка уже забыли, что именно Трошев склонил на нашу сторону боевые отряды братьев Халида и Джабраила Ямадаевых, которые на определенном этапе, при вводе федеральных сил в Чечню осенью 1999 года, готовы были воевать с «русскими». После общения с Трошевым они стали союзниками федералов. Более того, в августе 2008-го именно чеченский батальон «Восток» под командованием Ямадаева расправился со всеми грузинскими разведподразделениями, отрядами спецназа и снайперскими парами. Так что многие из наших солдат и офицеров, воевавших в Южной Осетии, да и местные жители, в значительной степени обязаны своими жизнями генералу Трошеву, который на тот момент уже с Богом разговаривал, но в свое время, за девять лет до «грузинской олимпиады», создал для Российской армии хорошего союзника.

Командующий Восточным направлением объединенной группировки Федеральных сил генерал-лейтенант Геннадий Трошев (слева) беседует с жителями освобожденного от бандформирований Гудермеса, 1999 г.

Фото: РИА Новости. Перейти в Фотобанк КП

Опять же мало кто помнит, что именно Трошев нашел А. Кадырова как противовес Басаеву и Масхадову. Именно он уговорил Путина назначить Кадырова (подчеркну: не Рамзана а его отца Ахмата) главой Чечни, чтобы местные жители, а не русские ребята разбирались с бандюками в горах и лесах. «Почему наши пацаны должны умирать за то, чтобы Чечня жила мирно? Пусть сами чеченцы разбираются со своими уродами, которые им жить мешают», - говорил Трошев.

Когда он свою идею, наконец-то, продавил «наверху», то федералы вздохнули спокойно. А ведь продавить было непросто. Разные идеи тогда витали в воздухе.

Помню, поехали мы втроем (в те дни при Трошеве неотлучно находился Геннадий Алехин, его пресс-секретарь), на «Первый канал», к вечному Познеру на программу «Времена». Как раз вышла в свет первая книга мемуаров Геннадия Николаевича. Книга не то чтобы «нашумела», но «шумнула». Вот и пригласили на TV. Сидим в студии (но вне камер), ждем своего часа. Познер пытает по очереди то посла Израиля, то представителя Палестины. У них там была очередная заваруха. И тут вижу – сзади к нам подходит Борис Немцов. На ту пору – руководитель фракции чего-то «правого» в Госдуме. Подсел рядом и, улыбаясь, спрашивает у меня и Геннадия Алехина: «Ну, что ребята, денег много на книжке заработали?...»

Трошев, сидевший чуть впереди, услышал знакомый голос, повернулся, и лицо его покраснело. «Ты опять сейчас свою идею будешь толкать?» - смеясь глазами, спросил у Немцова. «А как же», - ответил Борис Ефимович.

И точно. Как только уселись за стол перед Познером и разговор коснулся проблем Чечни, Немцов в десятый или сотый раз стал говорить, что Трошева нужно назначить «генерал-губернатором» республики. И тогда, мол, будет мир и покой.

- Только не это, - крутил головой Геннадий Николаевич.

Познер ухмылялся, как змий.

Кстати, идею о генерал-губернаторстве Трошева Немцов не сам изобрел. До него за это ратовала выдающаяся женщина Чечни – Малика Газимиева. Она фактически руководила Гудермесом долгое время. Это она придумала и часто повторяла формулу: «Чечне нужен русский лидер! Наши передерутся».

Звучало красиво и с аргументом. Но… Думаю, в этом случае все проблемы, в том числе и неизбежная кровь, были бы на «русском» главе. «Опять русские виноваты!», - кричали бы недовольные. А без недовольных не обошлось бы. Вопрос лишь в их количестве, которое на определенном этапе переходит в другое качество. Нечто подобное утверждал великий философ немец Гегель.

Президент Ингушетии Мурат Зязиков, новый президент Чеченской Республики Рамзан Кадыров и советник президента РФ, генерал-полковник Геннадий Трошев (слева направо) на праздновании вступления Р. Кадырова в должность президента, 2007 г.

Фото: РИА Новости. Перейти в Фотобанк КП

Что касается мемуаров Трошева, вспоминаются еще несколько любопытных эпизодов. Помню, пью минеральную воду возле бювета на украинском курорте Трускавец. А рядом, за тем же занятием, – бывший министр внутренних дел России А. Куликов. В общем, чистим почки. Разговорились. Анатолий Сергеевич как раз в то время писал свою книгу «Тяжелые погоны».

- А трошевская уже продалась,- говорю,- около 150 тысяч экземпляров разошлось.

- Да не верь ты «Вагриусу»! По моим данным, около 300 тысяч издали и продали!..

«Ну, думаю, данные министра внутренних дел - вещь серьезная». Однако не это главное. А неожиданная популярность книги. Потом пришлось писать вторую, а позже и третью.

НАДОЕДЛИВЫЙ ГЕНШТАБ

Воспринимали мемуары Трошева по-разному. Например, генерал А. Квашнин, на тот момент начальник Генерального штаба и друг Трошева, был категорически не согласен со многими оценками и выводами Геннадия Николаевича. «Мы за грудки хватались, - говорил позже Трошев. – Чуть не подрались. Жены разнимали».

Но если друг и единомышленник так воспринимал, то что говорить о недругах?!

Что касается генерала А. Квашнина, то с ним действительно были у Геннадия Николаевича особые отношения. Они ценили друг друга, уважали, доверяли и… спорили, когда взгляды не совпадали. Например, Трошева порой злила скрупулезность и въедливость Квашнина. Начальник Генштаба буквально лез в каждый окоп к солдату и проверял карточки огня – у сержантов, схемы опорных пунктов – у взводных командиров…

- Начерта вам это надо? – возмущался Трошев. – У них есть ротные командиры, комбаты – это их заботы.

- Ты должен знать все до мелочей, – давил Квашнин.

- А операцией кто рулить будет?! – парировал Геннадий Николаевич.- Группировку отдать Ваньке-взводному, пока я его сержанта учу карточки огня малевать?!

Потом, конечно, остывали, успокаивались и возвращались к серьезным вопросам войны и мира.

Вообще, Трошев не принадлежал к той категории служак, которые лишь каблуками сапог щелкают при виде начальства. Особенно когда начальства много. Все помнят его публичный демарш против тогдашнего министра обороны С. Иванова, после чего даже лишился поста командующего войсками округа. Его раздражали бесконечные визиты «на войну» министров, депутатов, правительственных и военных комиссий. Они отрывали от дела и откровенно мешали.

Помню ситуацию в сентябре 1999 г. в Кадарской зоне Дагестана. Командный пункт Трошева - над обрывом, на краю села Кадар. Впереди - села Карамахи и Чабанмахи, где укрепились ваххабиты и наемники. Момент напряженный – начался штурм. Тут звонит министр обороны И. Сергеев. Связисты зовут Трошева, тот идет к аппарату и долго, подробно рассказывает, что происходит. Затем возвращается рулить операцией.

Через время опять отвлекают. Прибежал посыльный: приехала группа депутатов Госдумы, интересуются ходом операции, смотрят, как обустроены войска, что с местным населением. Поехал Трошев – экскурсию проводить и военный всеобуч организовывать. Только вернулся, не успел рацию в руки взять – звонит начальник Генштаба Квашнин.

- Ну, блин, достали! – вскипел Трошев.

Цитата из книги «Моя война»: «А. Квашнин… звонил по пять - семь раз на дню: «Как идет дело? На каких рубежах? Что ваххабиты, как отреагировали на ультиматум?..» До того измотал допросами, требуя постоянно докладывать, что в один такой момент я не выдержал и велел своему офицеру связи: «Скажи Квашнину, что меня нет – уехал на другой участок, на рекогносцировку…»

До курьеза дошло: обстановку начальнику Генштаба докладывал начальник пресс-центра нашей восточной группировки, который лишь в общих чертах разбирался в оперативных вопросах. Кстати, надо отдать должное и НГШ, и военному журналисту. Первого не смутила такая разница в рангах (главное – обстановку знать), а второй довольно грамотно и четко выступил в роли «полководца».

Журналистом был Гена Алехин, главный редактор газеты СКВО «Военный вестник Юга России», а на войне – еще и начальник пресс-центра восточной группировки федеральных сил.

О книгах я вспомнил не просто так. Напоследок хочу рассказать о последнем нашем с ним споре. Готовили к печати третью книгу. И там был политический портрет генерала А. Лебедя. Очень нелицеприятный. Я стал уговаривать Геннадия Николаевича смягчить формулировки.

- Его уже на свете нет, а вы его все костерите за Хасавюрт. Публика привыкла к тому, что о мертвом – или хорошо, или ничего. Ваши наезды на покойного будут негативно восприняты.

- Сергей, не спорь со мной! – сверкнув глазами Трошев.- Пойми: Лебедь не просто человек, к которому можно подходить с обывательскими мерками. Он генерал и политик, решения которого катастрофически сказались и на судьбе армии, и на судьбе страны. Такое забывать нельзя. Иначе другие повторят! Хватает дураков на Руси…

Эти воспоминания хочу закончить зеркальным перефразированием того, что сказал мне Геннадий Николаевич:

Он, Трошев, - генерал и политик, решения которого спасительно сказались и на судьбе армии, и на судьбе страны. Забывать такое нельзя. И пусть другие обязательно повторят то, что сделал он… Если, не дай Бог, какие-нибудь дураки очередную кашу заварят.