Антонио Бандерас: Я смог признаться в любви своей жене только по-английски
Впервые возникнув во втором «Шреке», Кот в сапогах запомнился миллионам зрителей прежде всего своим пронзительно-жалостливым взглядом: перед тем как запустить когти в противника, он успешно прикидывался паинькой. Те, кто видел «Шреков» с оригинальным саундтреком, смеялись еще пуще - над испанским акцентом Бандераса, подарившего Коту, как выясняется в этой беседе, не только свой бархатный голос.
- Сначала студия шлет мне сценарий и устраивает встречу с художниками-аниматорами, которые будут работать над этим проектом, - доходчиво объясняет Антонио технологию работы над современным компьютерным мультиком с точки зрения участвующего в нем актера. - В калифорнийском городе Сан-Хосе в Силиконовой долине я сижу перед 400 художниками и вношу предложения по своему персонажу, делюсь с ними идеями по каждому эпизоду сценария. Они делают заметки и зарисовки и отпускают меня домой. Через пару месяцев я получаю новый вариант сценария, в который включены мои поправки, после чего начинается запись голоса. На этой стадии я совершенно не привязан к изображению, свободен как птица в полете, всегда очень много импровизирую. Но во время записи меня снимают маленькими камерами - такие вешают на велосипеды на трансляциях чемпионатов по велоспорту. Иногда я прошу выдать мне реквизит - скажем, шляпу или маленький пластиковый меч, которыми будет орудовать на экране мой Кот. Я играю всем этим во время записи реплик. Материал с камер передается художникам, чтобы те использовали его в работе - здесь смешок возьмут, здесь улыбочку, здесь прищур глаз. В результате получается симбиоз мультперсонажа с реальным Антонио Бандерасом. Проходит еще два месяца, и мне показывают рабочий вариант нарисованной сцены. Вдруг оказывается, что происходит она в баре, в углу которого, допустим, стоит рояль и поет певец. Значит, сцену надо переозвучивать более громким голосом, чтобы перекрыть шум, и т. д. Сюжет фильма в процессе работы меняется не сильно, но по большому счету сценарий - только предлог для того, чтобы начать работу. Он живет своей жизнью, некоторые герои «разрастаются», некоторые - отмирают. Вот Кот в сапогах, например, вырос из «Шрека» и дорос до «собственного» фильма.
В «Прожекторперисхилтон» Бандерас подтвердил славу испанцев как одной из самых поющих наций.
«Между мной и Сальмой Хайек отличная химия»
- Получается, что у Кота в сапогах полным-полно ваших черт?
- Конечно, ведь сценаристы отлично знают и меня, и присущее мне чувство юмора. Вспомните «Шрека-2». Мой Кот появляется из спальни, где у него был роман с красивой кошечкой, имени которой он уже и не помнит. Этот персонаж словно подмигивает взрослым: наш фильм не только для детей! Это зрелище для всей семьи, в котором и дети, и родители могут получить кое-что для себя. Детишки даже не заметят рискованных шуточек, которые откалывает мой персонаж, потому что они адресованы взрослым. Вреда детям они не в состоянии принести. Студия очень щепетильно к этому относится. Дети - главная аудитория фильма, плохих уроков от нас они не получат. Но мне очень по душе, что и «Шреки», и «Кот в сапогах» существуют вне тех жестких параметров, что налицо в любом фильме «Диснея». У «Диснея» шаг влево, шаг вправо - расстрел. У них все истории под одну гребенку. К счастью, у продюсеров «Шрека», как и у владельцев студии «Пиксар», совершенно другое представление о прекрасном, о том, как делать современный мультфильм. Именно оно и позволило этому жанру взлететь.
- Вы озвучиваете свои роли вместе с партнерами?
- Нет, обычно мы все записываемся по отдельности. Именно так делался «Шрек». Но в этом конкретном случае я попросил продюсера Джеффри Катценберга дать мне возможность поработать вместе с Сальмой Хайек. Все же мы вместе снимались в «Отчаянном», между нами - отличная химия, особенно когда приходится драться! Это всегда очень весело. Сальма - мексиканка до мозга костей, она очень живая. Хорошо, что нам дали возможность покуражиться вместе! Но в принципе это не принято. Помню, на третьем «Шреке» Джулия Эндрюс попросила о совместной записи с Джоном Клизом (они озвучивали королеву и короля. - С. Т.), а вообще эти фильмы делаются так долго - по два года или даже дольше, что собрать актеров вместе практически невозможно. У каждого из нас свой график. Я озвучивал Кота, находясь в Париже, Мадриде, Лос-Анджелесе, в штате Вашингтон - везде, где меня заставала другая работа. Современные технологии позволяют это делать в любой точке мира, где есть студия, оборудованная оптической системой, с помощью которой можно выйти на связь со студией в Силиконовой долине.
Именно этого симпатичного персонажа озвучил Антонио в новом мультфильме. Согласитесь, есть у кота что-то общее с неустрашимым зорро...
- Ваш Кот - образ комический. Из чего следует, что вы не боитесь смеяться над собой?
- Кот дает мне возможность посмеяться над теми ролями, которые принесли мне известность: Зорро, Десперадо, другие эпические персонажи, которые я сыграл за свою карьеру... Думаю, это здоровое явление - смеяться над самим собой, особенно после стольких лет работы в кино, ведь в моей фильмографии уже больше 80 картин! Если есть такая возможность, то почему бы нет?
«Мы с Мелани по-прежнему любим друг друга»
- Правда ли, что вы приехали в Америку, не зная ни слова по-английски?
- Да! На первых своих фильмах в Голливуде я даже не понимал, чего от меня хотели режиссеры! Ко мне приставляли переводчика, я общался через него. Но язык - это ведь не только средство общения, он имеет и культурный смысл. Английский во многом меня освободил. Я наконец-то смог произнести слова, которые с большим трудом давались мне на испанском. Ведь слова всегда имеют какой-то особенный, личный смысл. Мне намного проще сказать «Я люблю тебя» по-английски, чем по-испански - «Те кьеро». Эти слова казались мне раньше какими-то неестественными... По-английски все не так. Это как сыпать за обедом в чужой стране только что выученными ругательствами, ведь их реального веса и значения ты не знаешь и удивляешься еще, что люди на тебя поглядывают как-то нехорошо. Но и неудобств с чужим языком тоже было немало. Зрители ведь не любят акцент и часто отвергают неместных актеров. Мне повезло: продюсер «Шреков» Джеффри Катценберг считает, что мой акцент нравится очень многим.
- На съемках какого фильма вы почувствовали, что вам стало проще играть по-английски?
- «Короли мамбо» дались мне с большим трудом, но уже на «Филадельфии» стало полегче. Может быть, потому что роль была меньше, а времени на подготовку - больше. Запомнил, что мне сказал тогда мой партнер Том Хэнкс. «Не волнуйся, Антонио, тебя понимают, - успокоил он меня. - И даже не пытайся исправить свой акцент! Он - это ты, это одна из твоих актерских красок. Ты же не исправляешь нос, глаза или волосы. Ты - это ты!» Помню, я ответил тогда Хэнксу: «Том, у меня для тебя хорошие новости! Я никогда не смогу избавиться от акцента, как бы я ни старался!» Действительно, если начинаешь учить язык в 31 год, как я, то это практически невозможно: язык, лицевые мышцы работают уже совершенно по-другому. Или надо заниматься произношением неустанно, по 24 часа в день. А я... Я вот провел три дня в Италии, два дня в Испании, и мне уже труднее говорить с вами по-английски, чем две недели назад, когда я жил в Лос-Анджелесе. Там и выхода другого нет, там все, включая моих детей и жену, говорят по-английски.
Антонио и Мелани женаты уже почти 15 лет. Это один из самых прочных браков в Голливуде.
- Удивительно, что вы и Мелани Гриффит до сих пор вместе.
- Возможно, это и вправду удивительно, но после 15 лет брака мы по-прежнему любим друг друга. Нет ничего проще и сложнее этого чувства. Все поэты пытаются его объяснить. Иметь серьезные отношения с кем-то в сегодняшнем мире вообще очень непросто. Вчера по телевизору я услышал цифру: в Испании каждый год регистрируется сто тысяч разводов. А представьте себе Голливуд, где возможность встречи с красивыми, интересными людьми особенно высока! Преодолевать искушение очень непросто, ведь на съемках каждой новой картины я знакомлюсь с прекрасными молодыми артистками. Но и я, и Мелани пришли к этому браку с большим багажом. Каждый из нас уже прошел через разводы. И мы решили не разрушать свой брак. А это означает избегать скоропалительных решений. Потому что людям свойственно делать ошибки. Но надо постараться обойтись без суеты - на ней продолжительных отношений не построить. Нужно перестать ждать от жизни чего-то лучшего, постоянно оглядываться по сторонам - от добра ведь добра не ищут. Расслабьтесь, не паникуйте! Даже если вам кажется, что романтика из ваших отношений уже ушла. Многие в этот момент срываются с места, бегут за мечтой, подают на развод. И все идет по кругу. Мы с Мелани больше не играем в эти игры.
«Я чуть не заговорил по-японски!»
- Сколько языковых версий «Кота в сапогах» вы озвучили?
- Кроме английской, я записал две испаноязычные версии - одну для Испании, другую для Латинской Америки. Разница там только в своеобразии языков: мексиканский и испанский юмор слегка отличаются. И еще я озвучил Кота по-итальянски. Так что во всех версиях я говорю с акцентом.
- Даже в испанской?
- Да, с андалусийским. Мы, андалусийцы, жутко шепелявим, - Антонио начинает говорить так, как будто ему выбили передние зубы.
- Вы сразу решили сделать Кота ловеласом?
- Я играл на Бродвее, когда мне предложили участвовать в «Шреке 2». Мне тогда впервые показали, как выглядит мой персонаж, и он оказался таким маленьким! Первая мысль была озвучить его эдаким детским, кукольным голоском. Потом я понял, что идти нужно ровно в противоположном направлении. Юмор всегда рождается из контраста. Так маленький котенок заговорил томным голосом взрослого мачо-любовника. Так появилась комедия.
- В России вас грубо переозвучат, но ваше имя все равно будет украшать все афиши. По-вашему, это правильно?
- Продюсер фильма Джеффри Катценберг сразу сказал, что наши имена будут украшать все афиши: «Эти персонажи созданы вами, именно для этого я возил вас в Силиконовую долину, для этого вы встречались с мультипликаторами; все нюансы, все идеи исходили от вас - вы работали на этой картине как актеры!» И потом, примерно 2 миллиарда зрителей во всем мире увидят «Кота в сапогах» именно с моим голосом - в Латинской Америке, Испании, Италии, всех англоязычных странах: США, Канаде, Австралии, Индии... В России, где, как я знаю, «Шрек-4» пользовался огромным успехом, я встречался с актером, который меня дублирует, спрашивал его, как ему работалось над моей ролью (имя актера - Всеволод Кузнецов. - С. Т.). Иногда эти встречи забавны. Помню, в Голландии мы с Кэмерон Диас повстречали актрису, дублировавшую Фиону. Она была в точности как этот персонаж, только живая.
- Может, вам стоило по-русски Кота озвучивать?
- Русский - слишком трудный язык! Но я чуть было не озвучил Кота по-японски! Когда-то я снимался в Японии в рекламе. И выяснил, что для испанцев японский язык не такой уж и сложный: произношение довольно легкое! Потом, когда мы поехали в Японию презентовать «Шрека-2», я выучил пару фраз по-японски. Что творилось на пресс-конференции! Народ падал со стульев!
Лучшие роли актера - неустрашимый мститель и возлюбленный Кэтрин Зеты-Джонс в «Маске Зорро»...
5 лучших фильмов Бандераса:
«Свяжи меня»
«Отчаянный»
«Эвита»
«Маска Зорро»
«Шрек-2»
...и вооруженный до зубов музыкант в «Отчаянном».
Личное дело
Антонио Бандерас родился 10 августа 1960 года в андалусийском городе Малага. Отец - полицейский, мама - учительница. Хотел стать профессиональным футболистом, но мечту пришлось оставить, после того как в 14 лет сломал ногу. В 19 лет перебрался в Мадрид и стал членом Национального театра Испании, где его и приметил Педро Альмодовар, в фильмах которого Бандерас прославился на весь мир, подготовив себе почву для переезда в Голливуд. В 1996 году женился на американской актрисе Мелани Гриффит. В том же году родилась их дочь Стелла Бандерас.