Нью-Йорк десять лет спустя

За два дня до печального юбилея самого крупного в истории человечества теракта в Нью-Йорке опять объявили об угрозе террористической опасности.

Никто не вздрогнул - и вовсе не потому, что к терактам здесь привыкли.

Просто вряд ли что по силе цинизма может сравниться с тем фантастическим боевиком, который в сентябре 2001-го весь мир наблюдал в прямом эфире. Точнее будет сказать: вряд ли что сможет отвлечь американцев от мыслей о том, что с ними сделали 10 лет назад .

Я летела через океан, добросовестно изучая в ноутбуке десятки конспирологических теорий, посвященных цифрам 9/11. Все зря: оказалось, на этом берегу океана конспирология совершенно никого не интересует.

- Если ты начнешь выспрашивать у людей, почему башни-близнецы сложились, как карточные домики, вопреки законам физики - на тебя посмотрят, как на сумасшедшую, - по-доброму предупредили меня американские коллеги. И были правы: анализировать и делать выводы человек может в состоянии покоя, а если у него все болит - он в силах думать только о своей боли.

Подтверждаю: здесь до сих пор все болит, причем остро. Каждый второй назовет вам знакомого, который погиб, находясь в одной из башен-близнецов. Каждый первый и спустя 10 лет вспомнит в мельчайших деталях, где был и что делал в то утро: заметил дым над городом из поезда метро, услышал по радио вместо новостей крик диктора «О, боже!» или замер у телеэкрана, увидев картинку из триллера, который на глазах превращался в реальность. Как в панике обзванивал близких. Как, холодея, вчитывался в длинные списки, страшась найти знакомые имена. И как потом несколько часов шел домой - транспорт встал, что для такого большого города, как Нью-Йорк, уже само по себе катастрофа.

Атака самолетов на башни-близнецы изменила мир. Но кто выиграл от этого изменения?

«Мир для меня перевернулся»

-Я несколько километров шла босиком, - рассказывает Елена Махнина, которая возглавляет Ассоциацию бизнесов самого русскоговорящего района Нью-Йорка - Брайтона:

- Представьте себе, что я приехала в Америку ... 11 сентября 1992 года, эта дата для меня - праздник, и 11 сентября 2001 года я, купив торт, ехала на Манхэттен. Новые туфли надела... А обратно домой в Бруклин шла пешком. Я - бывшая киевлянка, помню, что такое Чернобыль и паника - но здесь было нечто другое. Люди шли по улице, но в глазах у них был не испуг, а уныние: такие лица и такие глаза можно увидеть только на похоронах близкого человека. Я шла босиком, поскольку в новых туфлях идти больше не могла физически, и когда подошла к Бруклинскому мосту, ноги у меня были в крови. Ко мне подошел полицейский, спросил, что случилось? Я объяснила. Тогда он остановил частное такси. За рулем сидел пакистанец, в салоне играла громкая музыка. Кроме меня в машину набилось еще человек пять. Музыка продолжала играть. Люди плакали и просили водителя сделать ее потише. А он отвечал: а что мне теперь, тоже плакать? Мир для меня после этого перевернулся...

Валерий Савинкин.

Он в тот день перевернулся для всех. Даже я помню, как 11 сентября 2001 летела из Москвы в Новосибирск в почти пустом самолете. Было страшно - казалось, лайнер по-живому режет наше общее с американцами небо, в которое только-что поднялись почти три тысячи свежих душ. Позже выяснилось, что часть из них говорили на одном с нами языке и были выходцами из СССР, нашими соотечественниками. Сколько именно? На небольшом памятнике в районе Брайтона выбито всего восемнадцать имен. На самом деле их больше.

Сын Валерия Владимир.

«По звучанию фамилий ориентировочно определено, что людей, чьи фамилии указывали на родство с Советским Союзом, насчитывается около 90 человек», - рассказал Валерий Савинкин, председатель Ассоциации русскоязычных жертв трагедии 11 сентября.

Его сын Владимир стал едва ли не самой молодой жертвой той самолетной атаки. Ему был всего 21.

Мы сидим в комнате памяти сына: надо сказать, что такие мемориальные комнаты есть теперь практически в каждой пострадавшей от теракта семье - выплаты родственникам со стороны государства позволили им сменить квартиры, детям - отучиться в университетах, родителям - обеспечить старость. Впрочем, любой из них с легкостью бы отказался от всех этих «благ цивилизации» за одну только возможность переписать историю того дня заново.

«Мы вошли в число счастливчиков»

- Владик работал на 101 этаже Северного здания, - рассказывает о своем сыне Валерий Савинкин, - в престижной компании, которая занимала три этажа - 101-й, 104-й и 105-й. Эта компания сегодня известна тем, что больше других потеряла своих сотрудников - погибло 678 человек, ни один не спасся. Сын вообще-то трудился с 9 часов утра, но приходил на час раньше, потому что стремился работать больше и лучше. Я работал в другой финансовой компании, в здании, которое находилось точно напротив «близнецов» - то есть, я из своих окон видел этажи, где работал мой сын, а он при желании мог разглядеть мои.

Около 9 часов утра я уже был на работе, когда мой босс сказал: что-то там горит! Я, не придавая особого значения его словам, подошел к окну и увидел клубы дыма на верхних этажах северного здания. Потом я сидел, сжимая в руке телефон, в надежде на то, что Владик мне позвонит. Все сгрудились возле телевизора в другом углу офиса. Видел на экране издалека, как валится южная башня и молил бога, чтоб устояла северная. Потом нас стали эвакуировать. Я вышел на улицу, услышал грохот и увидел как оседает северная башня, в которой был мой сын...

- Сколько дней в вас жила надежда?

- Недели. Каждое утро мы с женой выходили пораньше, садились в машину и ездили по госпиталям. Кто-то пустил слух, что где-то есть раненые - мы ездили их искать, но постепенно эти надежды таяли, пока не стало известно, что раненых нет вообще. Затем, помню, был слух, что где-то внизу, под зданиями, есть подвалы и люди могут находиться там. Оказалось, что там никого нет. И не было... Так мы бегали и искали месяц-полтора. А потом город начал выдавать урны с пеплом, потому что тысячи людей должны были что-то делать. Надо было хоронить своих близких, а хоронить было нечего, процесс идентификации еще не начался. И мы после долгих дискуссий решили, что нам надо ЭТО взять. И в ноябре 2001 года такую урночку похоронили. А затем начали приходить сведения об идентификации останков, и, как это не страшно звучит, мы вошли в число счастливчиков, потому что останки нашего сына были найдены. Вернее, всего фрагмент. Потом мы хоронили вторично уже то, что осталось от Владиньки, спустя какое-то время - опять...

«Я похоронила косточку»

- А я, когда нашли какой-то кусочек от моего Шурика, не стала его хоронить именно потому, что к тому времени родители хоронили своих детей по два, три, четыре раза. Вот сегодня, спустя десять лет, одна наша родительница будет делать захоронение своего ребенка в ПЯТЫЙ раз! Открывать могилу, чтобы еще кусочек доложить - это же можно с ума сойти...

Нелли Брагински в комнате памяти сына Алекса.

Это Нелли Брагинская, потерявшая 10 лет назад единственного сына, Алекса. Какой же это был красавец и умница! В конце девяностых его даже в передаче «До и после полуночи» случайно снял телеведущий Владимир Молчанов - как пример успешного эмигранта, уже тогда, в 27 лет, зарабатывавшего столько, сколько не снилось его одесским сверстникам. Уверенный в себе, яркий, состоявшийся - над головой - ни тени злой судьбы, ни облачка - и вот...

- Он работал в агентстве Рейтерс в центре Манхеттена, далеко от зданий- «близнецов», его все это не должно было коснутся! Но ...звоню ему в офис и слышу автоответчик. Начинаю вызванивать агентство - его босс отвечает, что Шурик на конференции. Которая как раз была в Северной башне. Если бы я знала, что он там - я бы бросилась туда и сгорела вместе с ним...

Мемориал , посвященный жертвам 9/11 - выходцам из СССР на Брайтоне.

Я вошла в его комнату. Я ревела, молилась, я просила Бога - все что угодно, пусть без рук, без ног - только бы жив! Потом у нас брали ДНК, мы стояли в длинную очередь, нас, родственников, там было тысяч пять. Все семьи стояли и ревели, но никто не пытался прорваться раньше других, а все рестораны, закусочные и булочные в этом районе приходили и приносили нам еду и воду. На второй день, 12 сентября, неожиданно нашелся его бумажник с кредитнымиа карточками - все это лежало в куче мусора на самом верху. И тогда у меня появилась мысль, что Шурик прыгнул вниз - вряд ли он ждал, пока сам задохнется от дыма...

- Опознать его удалось?

- Нет. Нашли кусочек чего-то. Года через три ко мне пришли два работника ФБР. До тех пор я наделась, что он потерял память, обожженый, обезображенный, нищий сидит и не может вспомнить, кто он такой? А когда пришли, я поняла, что все-таки нашли... Я не спрашивала - что именно. Мне сказали - крохотный кусочек. Косточку. Это все, что нашли от моего парня.... И я захоронила косточку. Я не думала, что смогу и месяц прожить без Шурика. А потом поняла, что надо сохранить память о нем, потому что все забывается. Поехала в Израиль, построила изумительный парк над морем - и в поминальные дни, когда там вспоминают своих бойцов, люди приносят цветы и ему.

Я не буду писать на могиле в Нью-Йорке, что я его люблю - кому и зачем я должна это объяснять? Я хочу ее сделать братской. И те, у кого нет своего захоронения, могут взять священника, ксендза, раввина - и там молиться. Потому что если вдруг на месте падения «близнецов» поставят мечеть - памятник тем, кто убил наших детей - люди туда ходить не будут.

* * *

Митинг против строительства мечети, с которой жители Нью-Йорка борются уже не первый год (заметим, голоса «наших» в этом хоре слышны громче всех - Авт.) тоже войдет в программу траурных мероприятий, которыми Америка отметит десятилетие самой главной в своей истории трагедии. Открытие долгожданного национального мемориала, в котором примут участие два президента - бывший и действующий, десятки концертов, выставок и даже танцевальных представлений: и официальный, и общественный Нью-Йорк не дадут забыть о том, что навсегда изменило его судьбу и силуэт. Самым впечатляющим, конечно, будет огненная инсталляция - когда в ночь с 11-е на 12-е сентября лучи нарисуют в небе силуэты башен-близнецов, создав оптическую иллюзию.

Нарисовать и оживить таким же образом 2794 человека, увы, нельзя.

Галина САПОЖНИКОВА, Нью-Йорк

ТЕМ ВРЕМЕНЕМ

США готовятся к новым терактам в годовщину 11 сентября

Власти Соединенных штатов готовятся к возможной террористической атаке в связи с 10-летней годовщиной трагедии 11 сентября. Спецслужбы проверяют возможную, хотя и не подтвержденную пока никакими конкретными фактами, информацию о бомбах, заложенных под мостами и тоннелями главных городов страны — Нью-Йорка и Вашингтона. И хотя до настоящего момента общий уровень антитеррористической безопасности остается неизменным, его повышение уже активно обсуждалось в минувшую среду, 7 сентября.

Ранее стало известно, что под подозрением спецслужб оказались трое людей, недавно прибывших на территорию США. Полиция устанавливает их личности и проводит общую проверку. Никакой конкретной информации о том, является ли подозрительные личности возможными террористами, пока нет. Как отмечают в Нью-Йоркском департаменте ФБР, подобные меры предосторожности характеры для правоохранительных органов в преддверии крупных дат, тем более таких трагических, как годовщина теракта.

Как заявил журналистам мэр Нью-Йорка Майкл Блумберг, полиция усилила наблюдение за безопасностью в городе, к обычным полицейским патрулям стягивается подкрепление. "В то же время нью-йоркцам не стоит зацикливаться на возможной опасности, - отмечает мэр, - их жизнь должна идти обычным ходом".

По заявлению официального представителя Белого дома, Барак Обама обратился к антитеррористическому ведомству с указанием удвоить меры безопасности. Тем не менее глава государства не намерен изменять запланированные на воскресенье, 11 сентября, визиты, даже в свете возникшей опасности, сообщает Ассошиэйтед Пресс.

Евгения ТУМАШОВА

Смотрите фотогалерею:

Секретные фото теракта 11 сентября