Звериный оскал публициста

Мысли по поводу статьи «Мы вас ненавидим, а вы нам должны», автор которой, Юлия Латынина, считает, что причины беспорядков в Лондоне — либерализм властей и слишком сильная социальная защищенность

В жестокий век прославлять свободу и «милость к падшим побуждать» нашей российской литературной братии уже не с руки. Надо прокладывать путь победителям, надо успеть встрять спицей в золотое колесо новых хозяев жизни.

Да, олигархи пока выигрывают. «Социальная подушка» разрушена. Нищие старики не могут прожить на пенсии. Большой процент молодых женщин идет на аборты только из-за того, что не в состоянии прокормить детей. Солдаты, выжившие и вернувшиеся из «горячих точек», оказываются без крыши над головой. О безработных вообще лучше не говорить. Вот такой у нас получается фон будущей картины.

Понятно, что у миллиардерского акулья, и даже у простого госчиновничества руки так так и тянутся поскорее закрасить его каким-нибудь живеньким узором. Хоть бы и цветной чушью. Чтоб вообще не проступал и не расстраивал. Но когда даже славный публицист Юлия Латынина неожиданно заявляет, что «социальное пособие страшнее героина» и что «шимпанзе стали откусывать друг у друга яйца», когда «в заповеднике учредили систему соцобеспечения», становится не по себе.

Фото: REUTERS.

Госпожа Латынина, проще говоря, сейчас идеологически закрепляет складывающуюся звериную систему, пытясь доказать ее разумность на примере драмы, разыгравшейся в Западной Европе. Где, заметьте, остатки социальной справедливости еще существуют. Убеждение народа в том, что «помогать ему — только губить» — это не что иное, как социальный заказ победившей олигархии, которая, разворовав страну, не желает делиться и хочет стать, к тому же, единственным «управителем». Латынина и альтернативу демократии, которая плодит «халявщиков» и «павианов», подсказывает: систему, «когда голосуют собственники, а собственников много». Да, с Россией тут сложно: у нас собственников мало, поэтому получилась неувязочка — зреет олигархократия.

Второй предлагаемый публицистом путь тоже, наверняка, мил многим большим людям, стремящимся узаконить растущие социальные барьеры — просвещенный абсолютизм. Вопрос только в том, кого бы побыстрей объявить светочем.

Казалось бы, прямая задача интеллигенции (а тем более — пишущей) гуманизировать общество, призывая или с фактами в руках принуждая руководство к «милости» и мерам, улучшающим положение наименее защищенных слоев населения. Но выступление Латыниной чудесным образом поддерживает лишь один принцип, сформулированный «гламурным миллиардером» Сергеем Полонским в 2008 году: «У кого нет миллиарда, могут идти в жопу!»

И в самом деле, какая социальная справедливость? Какие льготы? Вон, что на западе что творится, закормили бездельников хлебом с маслом. Правда, при этом публицист не упоминает, что в Лондоне на улицы вышли и дети обеспеченных родителей, и грабежами даже представители «опоры общества» занимались. И даже солдат-контрактник гитару спер.

Фото: REUTERS.

Может, речь в статье идет лишь о «молодых бездельниках»? Нет, взволновало публициста и количество детей чернокожего гангстера — как же, их-то кормят налогоплательщики!

А что, им положено сдохнуть под забором, если они дети гангстера?

Возмущает Латынину и то обстоятельство, что государство позволило подружке бандита бесплатно учиться в университете. Где это видано! На панель ее, или в работный дом, в лучших традициях конца 19 века, породившего революции. Ломай «социальные лифты», придуманные западными демократиями как раз для устранения предпосылок революций — и вперед, по пути нынешней России, где бюджетные места в вузах все стремительнее заменяются коммерческими.

По большому счету, конечно, автор и тут сильно ошибается. «За просто так» в Западной Европе денег работоспособным «бездельникам» давно не дают. Более того — и больным-то ежегодно свою инвалидность надо подтверждать. А вот пособие по безработице есть — и на него можно жить. Но только один год. А творческая молодежь при этом — не только гангстеры — никогда не могла выжить без госдотаций или помощи меценатов. Кстати, автор «Гарри Поттера» Джоан Роулинг тоже, представьте, «подкармливалась налогоплательщиками» вместе со своим с ребеном. А умерла бы в канаве — и не было бы книжек. Читали бы исключительно ... Того, кому отсыл в пятую точку не грозит по причине неподъемного вжопунепроходимого материального достатка.

Отдельно стоит отметить пассаж автора о гибели Рима: «..есть вольнодумная Римская империя, стоики, эпикурейцы, и вдруг появляется маленькая группа фанатиков, которая сообщает, что у них тут бог был распят на кресте и на третий день воскрес. И эта группа фанатиков сначала готова за это умирать, а потом — убивать за светлую идею. И просвещенная Римская империя накрывается медным тазом...»

Вообще-то «просвещенная Римская» подломилась как раз из-за перебора рабов, которых слишком много приходилось на душу стоиков и эпикурейцев (последние, кстати, как и сам Эпикур водились больше в просвещенных греческих Афинах). Не существовало социальных лифтов в названном государстве — вот и открывай ворота...

Нет, я даже не стану тут защищать Новый Завет (который и несли эти «фанатики») — ведь человек и публицист имеет право быть атеистом-агитатором, или приверженцем любой другой религии — до такой степени, что христианство он переводит в разряд фанатических разрушительных идей. История крестовых походов и меня немного огорчает. И я даже не буду говорить о роли христиан в той давней истории с Римом — не ликбезом же, в самом деле, заниматься. Но я не могу не напомнить, что эта вера отличалась от остальных именно неистовым отчаянным гуманизмом, призывая помогать сирым и убогим и даже прощать преступников.

Фото: REUTERS.

Да, и после Рима естественный отбор еще не раз в мировой истории поднимался на щит. В конце 30-х годов нацисты ездили в Упсальский университет Швеции, где работала кафедра рассовых исследований. «Слабые и убогие» были не нужны «сильным нациям». Бездомных бродяг обоих поло попросту стерилизовали. Точно так же поступали с очень близорукими женщинами, со слишком эмоциональными, с нервными. И с мужчинами, которые предпочитали «рисовать, а не заниматься спортом». «Больной» нацией, госпожа Латынина, были объявлены и евреи. И русские, по мнению национал-социалистов, достойны были лишь рабски вкалывать на господ арийцев за пайку хлеба — какие для них выборы, какая социальная защита!

Не волнуйтесь, Юлия, Англия с беспорядками справится, а вот у нас на волне Вашего пафоса последнюю копейку того и гляди у безработного отнимут.

Главное, господа хорошие, что озверевшее общество дотянется когтями до каждого. Оно, словно Молох, станет перемалывать генерацию за генерацией, ибо нет гарантии, что внуки успешных родителей будут преумножать их богатства. История говорит как раз о том, что благополучное и получившее «благородное» образование «третье поколение» (которое у нас уже сто лет все никак не может вызреть — то революции, то чистки, то перевороты, то перестройки) имеет обыкновение плевать в морду богатым родителям, находящимся «при власти», хватать шпажку с надписью «За храбрость» и идти на Сенатскую площадь за демократией. А потом гнить в острогах. Или — наоборот, натягивать рваные хипповские джинсы. И по ним тоже надо будет — очередями.

Но Бог с ними, с гуманизмом, просветительствоми и даже демократией. Допустим что примитивный «дикий дарвинизм» (а при наступлении оного «под раздачу» у нас попадет практически вся нация) способен как-то генетически укрепить народ, убив и закопав на дешевых кладбищах его немощный или ленивый «балласт». И все равно такой подход даже мало-мальски не рационален. Он противоречит инстинкту самосохранения, поскольку, погибая, «балласт» этот заберет с собой на тот свет и уйму вполне здоровых индивидов. Нельзя же не знать основных принципов западного общества, когда говоришь о политике и психологии его членов. А суть вот в чем: социальной подстрахованностью общество «покупает» себе сравнительно спокойную жизнь. Неимущие получают свой минимум, а за это в большинстве своем не идут от отчаяния воровать, грабить, убивать. Бывает, конечно, исключения, но их не так много. Есть и «национально-иммигрантский» вопрос, но в данном случае не о нем речь. Так что в чистом виде все давно просчитано, и альтернатива мирной социальной защищенности — вооруженная защита от нищих за деньги тех же налогоплательщиков. Гигантский аппарат подавления. И жизнь в крепости, выстроенной в своей же стране. При этом надо помнить, что крепость берется штурмом.

Вы видели в той же Швеции заборы вокруг вилл? Вы видели бизнесмена в сопровождении охранника? А в то же время я помню, как, приехав из Стокгольма, была поражена самой обычной «рублевской» сценкой. Жительница «зазаборного царства» вышла в садик. А в руках — пультик. Я говорю: «Ты что, от телевизора дистанционку случайно утащила?» Она говорит: «Нет, это кнопка... Тревожная... В общем, без кнопки нельзя, мало ли что...». А ограда при этом такая, что в Большую Медведицу упирается.

Может, содержать все эти сигнализации, электрошокеры, телохранителей и их пушки дешевле, чем дать безработным и матерям-одиночкам масла, но, мне кажется, дискомфортней. Потому что если твой ребенок в школе или на стадионе будет есть бутер с икрой, а случайно просочившийся в то же учебное заведение сын молодого безработного и внук умирающей без лекарств пенсионерки ограничится хлебом с горчицей, то может возникнуть сильная классовая ненависть с мордобоем.

Постольку, поскольку полностью отгородиться от неимущих «павианов» не получается, приходится драпать с «пучком кисеи» и детками за заграницу. Не с пустыми руками, и не «простыми беженцами», заметьте.

Да, государство должно ликвидировать вывихи и «болевые точки». Да, правительства обязаны смотреть, например, сколько иммигрантов приходится на душу коренного жителя и как-то регулировать балланс. Да, и с молодежью есть проблемы — потеря всех и всяческих идеалов. Но не дай Бог в процессе «оздоровления» залечить до смерти то главное, что дала нам цивилизация: право не выживать, а жить в своей стране, право благополучно расти наравне со сверстниками всем без исключения детям, право учиться и получать медпомощь, право на достойную старость. Иначе двигаться вперед человечество перестанет. Вот тогда, уж точно, делом публициста станет низведение образа безработного до уровня шимпанзе.