Трагедия в Норвегии: Европа заигралась в политкорректность?Комментарии: 10

В преступлениях обвиняют 32-летнего норвежца Андерса Беринга Брейвика. Сначала он взорвал автомобиль у правительственных зданий. А потом, переодевшись полицейским, устроил бойню на островке Утойя в молодежном летнем лагере Рабочей партии.

Через полчаса после бойни террорист был схвачен.

Кто этот убийца - сумасшедший или политический радикал? Что это - закат западного либерализма, пресловутой европейской «мультикультурности», новый фашизм в Европе? В чем истоки трагедии, потрясшей тихую Норвегию?

Скорбя вместе с норвежцами о невинных жертвах страшной трагедии, спросим у наших экспертов: почему это произошло?

Директор Института стран СНГ  Константин ЗАТУЛИН:

- Европа теряет свою культурно-цивилизационную самоидентификацию. Кто-то считает это неизбежным и не видит тут ничего плохого. Кто-то обеспокоен и всеми силами противится возведению минаретов в европейских городах или попыткам ношения хиджабов (в ряде стран это уже запрещено). А кто-то, как Брейвик, решает, что другого выхода, кроме «кровавой мести либералам, предавшим христианские ценности», нет. Таким «простым решением» он рассчитывал зажечь дискуссию и сподвигнуть на действия тех, кого эта насаждаемая мультикультурность «достала». И он, похоже, чувствовал, что бьет в «больную точку». Ведь Старый Свет и так населяют десятки народов, но за века жутких войн они ладить между собой худо-бедно научились. Но когда Европу захлестнули толпы мигрантов с совершенно другими культурными традициями, претендующих на все не ими созданные блага, но зачастую не желающих подчиняться местным законам и правилам, это у многих «аборигенов» вызвало глухое раздражение. Да, преступление Брейвика чудовищно и бесчеловечно. Но это не значит, что самой проблемы нет.

В тихой, спокойной, спортивной Норвегии в 60-х годах власти сняли миграционные барьеры для граждан Среднего Востока, чтобы в прямом смысле слова обновить кровь норвежского народа. Там проживала весьма замкнутая популяция людей, частые перекрестные браки - все это вело к росту наследственных заболеваний. Тогда так называемые ученые решили, чтобы повысить жизнестойкость норвежцев, привлечь на помощь людей, далеко отстоящих от них «по генетической линейке». Расчет был, что горячие южные парни, сочетаясь браком со спокойными норвежскими девушками, усилят весь норвежский народ. Но южные парни привезли с собой своих девушек, бабушек, дедушек и всех остальных. Так в центре Осло возник, например, целый пакистанский квартал.

Я встречался с лидерами этого «анклава» 9 лет назад. Тогда они говорили: «Норвежцы нам очень нравятся, только немного странные - не понимали, например, до нашего приезда, как можно без кассовых аппаратов торговать». Но к тому времени уже привыкли. И речь зашла уже о достойном представлении в стортинге (парламенте) пакистанской общины. Была ли справедливой столь резкая перекройка очень традиционалистского норвежского общества? Вряд ли. Многие «ворчали в рукав» (есть у скандинавов такое выражение), но открыто выступать против «железобетонных» ценностей демократии не решались. Давление в котле росло, и в итоге крышку сорвало, из-под которой выпрыгнул Брейвик...  

И если с этой болезнью не бороться, то от новых брейвиков не застрахован никто. А если «лечиться» постепенно, но надежно, то придется перестать обольщаться по поводу миграции. Надо понимать: она имеет оборотную сторону, не все в равной степени сегодня готовы к демократии, необходимы определенные ограничения. Но пока мы слишком погружены в политкорректность.

22 июля норвежцы пережили самую страшную трагедию со времен Второй мировой войны.

Юлия ЛАТЫНИНА, писатель, радиоведущая:

- Брейвик - псих-одиночка, соратников и последователей у него нет. Это маргинал, придурок, который почему-то случился в благополучной Норвегии.

А представьте, если бы это был очередной бен Ладен, исламисты, какое-нибудь «11 сентября»? И тут же все заговорили бы: только не надо распространять все это на весь ислам, нельзя использовать это для атаки на исламские страны. Если бы кто-то сказал что-нибудь отличное от этого - его тут же запинали бы ногами.

Это существенная разница - между несистемным терроризмом, который не опасен, и общественным мнением, которое капитулирует перед системной угрозой.

Почему в Норвегии такой слабой оказалась система безопасности? Вот именно потому, что Норвегия такая безопасная страна. Если бы такая штука произошла в Израиле, в США или в России - я первая бы орала как резаная о слабой безопасности. А когда такое происходит в Норвегии, в Монако или другой тихой благополучной стране - остается только успокоиться. Потому что страна Норвегия настолько безопасная, что у нее органы безопасности атрофировались за ненадобностью.

Этот мужик в Израиле сумел бы пробегать максимум две  минуты, и его подстрелил бы какой-нибудь спецназ. В России он пробегал бы минут пять, и ему дали бы в рыло. Больше того, совершенно точно в России 100 человек не разбежались бы в разные стороны, и среди этих 100 нашлись бы трое мужиков, которые его упаковали бы без всякого оружия. Надеюсь, я не переоцениваю наших людей. Нет варианта в России - одному убить сто и не получить в рыло. Хотя бы потому, что у нас полицейского не дождешься.

Николай СТАРИКОВ, писатель, публицист о трагедии в Норвегии:

После взрыва рейхстага в 1933-м после начался расцвет нацизма в Германии

- История знала примеры непонятных действий одного человека. Герострат поджег храм Артемиды в античности, а некий ван дер Люббе в 1933 году поджег рейхстаг в Берлине. Что двигало Геростратом, желание славы или что другое - за давностью лет нет достоверной информации. Но 28 февраля 1933  в Берлине, когда один человек непонятно почему сжег здания парламента, драматургия сюжета начала раскручиваться стремительно: нацисты воспользовались задержанием в рейхстаге полоумного ван дел Люббе, чтобы развернуть антикоммунистическую истерию, запретить компартию и фактически свернуть в Германии дейтсвие целого ряда статей ее конституции и свобод.  У компартии Германии возникла диаметрально противоположная задача - снять с себя все возможные обвинения в этом преступлении и постраться сохраниться как политическая сила. Это к вопросу об терактах одиночек в истории.   Что касается групп поддержки убийцы - это нонсенс человеческой психологии. Так может пройти немного времени, и появится группа поддеркжи педофилов, серийных убийц, торговцев наркотиками. Администрация соцсетей в этой ситуации должна отложить свои представления о свободе слова и терпимости - и пресечь это.

Почему в цивилизованной Норвегии правоохранительные органы позволили полтора часа стрелять в людей? Потому что в сложные моменты неркдко оказывается, что грош цена  «цивилизованности» всех этих стран. Если перейти в тональность наших либералов, то можно было бы говорить «о продажном коррумпированном режиме Норвегии, который, продавая нефть, не удосужился оставить средств для нормального функционирования полиции внутри страны, потому что норвежские коррупционеры деньги украили и распилили, оставив народ без элементарных средств безопасности,  что эта наглядная ситуация и продемонстировала - с легкостью взрываются машины, огнестрельное оружие продается сомнительных людям и т.д.». Но в такой тональности говорят либеральные СМИ. Нормальные же люди выражают соболезнования погибшим и моральную поддержку норвежского народу.