Его формула жизни

Случай, безусловно, ошибки делает, но сам же их исправляет.

Дело было так. Сначала Сережа Боткин, родившийся и живший на Земляном валу вот в этом доме № 35, стал чайным специалистом. По-иному и быть не могло: отец и дед - знаменитейшие купцы, торговцы чаем в Москве, и в доме разговоры, естественно, велись вокруг единственного источника доходов в семье.

Юный Боткин подал заявление на математический факультет Московского университета, не зная, что прием в тот год был жестко ограничен - по причинам, ныне совершенно забытым. И лишь на один факультет после успешных экзаменов можно было пройти: на медицинский. И сие обстоятельство решило все.

Как ни странно, учился он с огромным и возрастающим интересом. Что, кстати, и родителя его изумляло. И как раз в самый разгар Крымской войны Боткин университет блестяще окончил. И куда же девать молодого и подающего всякие, можно сказать, блистательные надежды? В войну его надо бросить, конечно! Пусть пообстреляется да пороховым дымом провялится.

Ему повезло: сразу попал в госпиталь в Бахчисарае, под крыло самого Пирогова. Пирогов работал не покладая рук и елико возможно выше закрутив рукава, но при том и бдительно вокруг успевал поглядывать - как коллеги рядом сражаются с ланцетом в руках. Не по годам ловкого, умелого и даже во многом отважного Боткина он очень быстро заметил. И после, как война закончилась, выпуская того на полную волю, дал молодому хирургу самые лестные отзывы.

У Боткина была возможность поехать на работу в лучшие клиники Европы, и он ею воспользовался. Набирался передового опыта у знаменитых клиницистов: в Париже - у Клода Бернара, в Берлине - у великого Вирхова. Вернулся домой, а вскоре был назначен профессором в одной из лучших столичных клиник. Попутно успевал печатать и научные свои изыскания, и вскорости имя его прошелестело в Европе: на труды Боткина стали ссылаться, его стали цитировать там, где он когда-то сам по крупицам опыт собирал.

А главное то, что и своему таланту исследователя застаиваться не позволял. Это Боткин стал основателем отечественной патологоанатомии, доказав, что необходимо посмертное подтверждение или опровержение, разумеется, диагнозов, сделанных при жизни больного, - и с той поры вскрытие стало обязательным. Он создал целую школу учеников, из которой вышли замечательные специалисты с громкими именами. Его работа «Количественное определение белка и сахара в моче посредством поляризационного аппарата» произвела настоящий фурор в медицине, как, впрочем, и его труды в области патологии печени. За что особенное спасибо ему: основы, заложенные профессором Боткиным, не устарели и в наши дни. Конечно, быть может, не особенно это приятно, когда твоим именем называют страшную и повсеместную болезнь, унесшую бессчетное количество жизней, как произошло с Сергеем Петровичем Боткиным, когда «желтуху» назвали «болезнью Боткина», но зато в том - безоговорочное признание коллег.

Злой рок привел великого медика к гибели именно от этой болезни.