Георгий Данелия: «Откуда Резо Габриадзе взял «Ларису Ивановну хочу»? Просто перевел с грузинского»

Сценаристу «Мимино», «Не горюй!» и «Кин-дза-дза», автору питерских памятников Чижику-пыжику и Носу майора Ковалева, худруку тбилисского Театра марионеток исполнилось 75. «Комсомолка» поздравила юбиляра и поговорила с его другом, режиссером Георгием Данелия.

Ревазу Левановичу сейчас не до разговоров и юбилеев.

«Я только что прилетел из Израиля, там мне сделали операцию.

Представляете, мне лазили в сердце! - как-то даже восторженно говорит Габриадзе. - Мне надо очухаться, да и не особенный я любитель отмечать. Нет во мне такого энтузиазма. Я благодарен Господу за то, что получил такой подарок - жизнь. Вот и все».

На самом деле Габриадзе родился 22 июня 36-го года. Просто девушка в загсе города Кутаиси все перепутала, записав «29 июня».

Резо со своей куклой: он сам их рисует, сам пишет им тексты и придумывает с ними спектакли

Фото: ТАСС.

Но два дня рождения - это мелочи по сравнению с количеством граней его таланта. В общем, заручившись обещанием Реваза Левановича прилететь в Москву и встретиться с нами в «Комсомолке», мы обратились к Данелия: Георгий Николаевич и Реваз Леванович съели пуд соли и выпили немало хванчкары, работая над веселыми и мудрыми фильмами, которые теперь - гордость отечественного кинематографа.

«Если назову резо гениальным, боюсь, он обидится»

Данелия предупреждает сразу:- Знаете, я боюсь говорить о Резо.

Потому что Резо такой сложный человек, он может обидеться, если я скажу, что он гениальный. Я отношусь к нему очень хорошо, он ко мне сложнее - то так, то сяк. Потому что, когда мы начинали, он был мой ученик, я уже был народный артист...

- Правда, что хороший ученик всегда мечтает превзойти своего учителя?- Ну в своем деле - в театре - он меня и превзошел. И художник он прекрасный. Он, в общем, такое уникальное явление. Единственное, музыку не пишет - тяги на чем-то играть у него не было никогда. А вот рисовать - он всегда рисовал. И писал - он был же корреспондентом молодежной газеты. Потом кончил курсы режиссерские.

Рисунок Габриадзе к их с Андреем Битовым Пушкиниане (из книги «Вычитание зайца»)

Потом написал очень хороший сценарий Гайдаю и Шенгелая - «Необыкновенная выставка». Потом Шенгелая рекомендовал его мне в соавторы на «Не горюй!». И мы с Резо пустились в плавание. Все это время, когда мы писали, я причисляю к лучшему времени моей жизни. С нами тогда случилось волшебное - мы переселились в мир наших героев. Хотя в основе была вещь о средневековой Франции (роман Клода Телье «Мой дядя Бенджамен». - Ред.). Почти все переписали. Резо называл это «волейбол». Играем, пишем, и мысль летает: пас, обратный пас, пас, обратный пас. Так мы всегла работали вдвоем. - Вы оба такие сильные личности, но фильмы у вас получались без малейшей агрессии - такие нежные.- Вот в этом мы и соприкасаемся. На одной волне мировоззрения подходим к героям. Оба любим, чтобы все было рассказано с юмором. Незатейливым, не таким, когда кто-то кого-то по голове огрел большим молотком.

«Я СЕЙЧАС ТАК ХОХОТАЛСЯ!»

- Смешные фразы, известные теперь всем - типа «Ларису Ивановну хочу», - придумывались у вас случайно, как-то сами собой?

- Мы с Резо, когда писали сценарий, говорили по-грузински, а потом переводили на русский. Если с грузинского дословно перевести «попросите, пожалуйста, Ларису к телефону», то так и получится - «Ларису Ивановну хочу». Просто перевод - оказалось, смешной.

- Вы ведь по сей день дружите, общаетесь, друг друга поздравляете?

- И дружили, и дружим. Но все-таки живем в разных городах, в нашем возрасте это помеха... Так сложилось, что он прилетал на все мои юбилеи. А сам, как-то так случается, увиливает. Грузины все разные. Резо, естественно, тоже «разный», под шаблон не подходит. Он говорит о себе так: «Тот, кто не поет песни, не танцует лезгинку и не устраивает застолья». Он творчеством занят.У меня два друга, которые очень похожи. Тонино Гуэрра и Резо Габриадзе.

Тонино - блестящий сценарист, поэт, художник, скульптор и архитектор. А еще общественный деятель. Резо - все то же самое, только не общественный деятель. И вот как Тонино уникален для своей Романьи, откуда он родом, как его там чтут - так и Тбилиси может гордиться уникальным художником Ревазом Габриадзе.

В жизни мы абсолютно разные. У Резо свой мир. Когда я смотрю его пьесы в Театре марионеток, понимаю: это только Резо.

В спектаклях почти все нарисовано его руками, текст весь его, и куклы гораздо послушнее, чем актеры... Кстати: Реваз Леванович, получавший «Золотые маски» за свои спектакли, обласканный вниманием поклонников, совсем не витает в облаках. Его театр в Тбилиси - в лучшем месте, для гостей - гостиницы.

У него два чудных ресторана - в Москве и Тбилиси. Данелия улыбается:- И слава Богу, что такие способности к реально-материальной жизни у него оказались, иначе бы не было его уникального театра. У Резо нет администратора, он вынужден все делать сам. Я не могу назвать кого-то из грузин, кто хотя бы наполовину достиг того, чего достиг Резо. Хотя на вид он из них самый беспомощный.

- Может, это маска такая?

- Ну да, «не от мира сего»... Но он по трясающе добрый и светлый, ему доверяешь во всем. Это для меня основное. Я его люблю, мне хочется, чтобы он как можно дольше был здоров.

«НЕ ЧЕТЛАНСКОЕ ЭТО ДЕЛО»

- В ваших совместных фильмах такое любовное отношение к женщинам, что невозможно не спросить о секрете грузинско-мужского обаяния Реваза Левановича. Женщины, сознайтесь, с ума сходили и сходят от него?

- Вы знаете, когда мы писали «Не горюй!», Резо женился. И была свадьба. Я познакомился с его невестой. Больше я его ни с одной женщиной ни разу не видел, ни об одной женщине он со мной не говорил. Я не знаю такого, чтобы Резо увлекся кем-то еще, или у него был бы роман, или он за кем-то ухаживал, или хоть раз с кем-то танцевал, или кому-то поцеловал руку, или какой-то женщине дал цветок.

Станислав Любшин и Леван, сын Резо Габриадзе, - главные герои фильма «Кин-дза-дза», - путешествовали по Галактике как простые пацаки. Леван, кстати, теперь сам режиссер.

- С трудом верится.

- Может, когда он заходит за угол, он меняет походку и начинает смотреть на женские ножки. Но я этого не видел. Если мы говорили о женщинах, то только о героинях нашего будущего фильма. То, что грузины падки на женщин, его не касается. Он не поет, не танцует - он просто не бабник...

5 страничек из жизни режиссера и сценариста

ПРО СЕМЬЮ. «Мою жену зовут Елена Захаровна, у меня двое детей - Леван и Анна. И внук Захар. Моя личная жизнь всегда находилась в тени, я очень горжусь этим и не могу по-другому. Открою вам один секрет. Если людей в комнате больше четырех, то я сразу начинаю плохо себя чувствовать. Теряюсь, слишком громко говорю и размахиваю руками. И я наказан судьбой - потому что вынужден все время быть на публике. Это очень тяжело».

ПРО БАБОЧЕК. Бабочки у Габриадзе - в каждом фильме (среди которых, кстати, и веселые короткометражки - «Кувшин», «Пари», «Чудаки» и др.). «Они - как летящие цветы. Они трагичны: у них всего один день жизни. Спросите бабочку, что она знает о времени и какова цена мгновения». Он даже спектакль думал поставить - как Пушкин был бабочкой.

ПРО ДЕТСТВО. «Что такое наше детство? Самое прекрасное в нем - температура от 38 до 40 - и вы не идете в школу, и мать стряхнула крошки с простыни, и холодная простынь, и вы спешите, прижимая книгу к груди, ложитесь и уходите куда-то... Божественный грипп моего детства! Сколько ты мне дал!»

ПРО ПЕРВУЮ ЛЮБОВЬ. «В начале 50-х я учился в Москве, в металлургическом институте, и там познакомился с девушкой-венгеркой. Назовем ее Эвой. Когда возникло что-то волнующее, я обнаружил - у меня нет денег, чтобы пригласить ее в кино! ... И я пригласил ее в очередь в Мавзолей. Сталин, друг всех влюбленных, еще лежал там, и Ленин тоже. Когда мы вошли, произошла маленькая заминка. Она испугалась чего-то и прижалась ко мне. Это были сотые доли секунды, но я до сих пор помню это ощущение».

ПРО ХОБУА. Работая в конце 60-х в тбилисской гостинице над сценарием фильма «Не горюй!», Данелия и Габриадзе познакомились со строителем Рене Хобуа. И решили читать ему наброски - чтобы знать «мнение простого зрителя». Читали много дней вперемежку с застольями. Пока Хобуа не взмолился: он же приехал в командировку за стройматериалами!

В благодарность Габриадзе предложил Данелия добавить Рене Хобуа в титры фильма. С тех пор «актер» Хобуа всегда присутствовал в титрах фильмов Данелия.

Использованы цитаты из книги Марины Дмитриевской «Театр Резо Габриадзе».

ДОСЛОВНО

Фразочки из сценариев Габриадзе

- Когда ему будет приятно, я буду чувствовать, что мне тоже приятно («Мимино»).

- Валик-джан, я тебе один умный вещь скажу, но только ты не обижайся («Мимино»).

- Такую личную неприязнь я испитываю к потерпевшему, что кушать не могу! («Мимино»).

- Дядя Вова, скрипач не нужен («Кин-дза-дза).

- Общество, в котором нет цветовой дифференциации штанов, лишено цели («Кин-дза-дза»).

- Пацаки! Почему не в намордниках? («Кин-дза-дза»).

- Подпишите здесь, пожалуйста, что вы не главный раввин Московской области («Паспорт»).

- Канфэтку хочешь? - Хочу! - А нэту («Не горюй!»).

- Какой дурак на Плюке правду думает? («Кин-дза-дза»).