Михаил Державин: «Какие у меня пороки? Женщины и водка»

Как гласит семейная легенда, Михаил Державин появился на свет ранним утром. В элитном по сегодняшним меркам роддоме имени Грауэрмана на Большой Молчановке. Из окон его спальни и сейчас видно это здание, в котором родились и многие друзья Державина - Александр Ширвиндт, Андрей Миронов, Марк Захаров... Рядом ресторан “Прага” - сюда обычно счастливые папаши вместе родней шли «обмывать пяточки».

Свою «малую родину» - Арбат, знаменитую Собачью площадку, которую закатали в асфальт Калининского проспекта (теперь Новый Арбат) - Михаил Державин решил не покидать. И сейчас живет в том же доме, где и родился - на улице Вахтангова (теперь Большой Николопесковский переулок), и школу закончил здесь же, в арбатских переулках. И в училище имени Щукина, что в соседнем доме, поступил. И со своей женой певицей Роксаной Бабаян - они вместе уже больше 30 лет - венчался тут же рядом, в церкви Николы на Песках.

“ПО-МОЕМУ, Я НИКОГО НИКОГДА НЕ ПОСЫЛАЛ”

- Михаил Михайлович, вы ведь не всегда и не во всем были таким постоянным человеком?

- Один раз отлучился из отчего дома - на улицу Грановского (нынешний Романов переулок) в квартиру Семена Михайловича Буденного. Там обитал под одной крышей с самим маршалом, его дочерью Ниной Семеновной, моей второй женой, и с нашей с ней дочкой Машей.

- И как жизнь под одной крышей с героем гражданской войны? Кстати, ваш первый тесть тоже личность легендарная - Аркадий Исаакович Райкин...

- Оба тестя были могучими в своей профессии. А в жизни более деликатного человека, чем Аркадий Райкин, я не встречал. Слышал, что он был строгим в работе, об этом часто рассказывает Михаил Жванецкий. Но лично ко мне он относился по-доброму. Впрочем, как и маршал, трижды герой Советского Союза Семен Буденный. Ни разу ни на кого не повысил голос.

- Ну а чего ругаться? Вы же с их дочерьми, вашими женами жили и расставались по-хорошему...

- Это правда. Ничего не делил, чемоданы вещей не выносил, ни с кем не скандалил. Но у Роксаны - моей нынешней жены - тоже папа был потрясающий. Рубен Михайлович, он жил в Ташкенте. Я с ним очень дружил. Не знаю: может, мне с женами и их родителями везло, а может, я сам человек неконфликтный...

- Думаю, дело в вас. Меня, например, потрясло, когда на днях вы мне рассказывали, что идете на юбилей к первой дочке второго мужа вашей первой жены. Я не сразу не поняла, что это вы к Алене Яковлевой шли на день рождения.

- Аленочка замечательная! Она - дочка Юрия Васильевича Яковлева, который был женат на Катеньке Райкиной, моей первой жене.

- Надо же, какой в вас талант человеческого общения! Чтобы и бывших жен, и их мужей и детей - всех любить.

- Не столько моя заслуга, сколько воспитание. Мой папа, народный артист России Михаил Степанович Державин, и мама Ираида Ивановна ни разу друг на друга голоса не повысили. Мама была чудесная, очень остроумная дама. Потрясающий был дед, мамин отец Иван Алексеевич Дроздов, - руководитель первого городского водопроводного участка. Меня как-то пригласили на концерт по случаю юбилея московского водопровода, и когда объявили, что я внук Ивана Дроздова, мне хлопали так, как на спектакле не каждый раз бывает. Дед был интеллигентный человек. И он тоже ни на кого-то не кричал, хотя был начальником и я представляю, что эта была за служба - водопроводная система Москвы. Поскольку в семья не принято было ругаться, я тоже, по-моему, никого в жизни никогда не посылал. Правда очень талантливо владеет матерным языком мой друг Александр Ширвиндт. Он умеет им пользоваться, но беззлобно.

“ОДНАЖДЫ ПОЙМАЛ ЩУКУ НА 11 КИЛОГРАММОВ”

- Еще один символ вашей преданности и постоянства - Александр Анатольевич Ширвинд. Интересно, когда он стал худруком театра Сатиры, на дружбе это как-то отразилось?

- Шура относится ко мне снисходительно как худрук. При строгости вида Александр Анатльевич очень добрый человек. Это сложная профессия быть худруком, хотя быть актером не менее трудно. Ну а как старинный друг - мне было 12 лет, а ему 14, когда мы познакомились - я его поддерживаю во всех его начинаниях.

- Среди актеров принято сетовать, что какую-то роль не сыграл, или получил ее слишком поздно. Такие мысли вас тоже посещают?

- Наоборот, я думаю, дай бог справиться, если дадут что-то новое. Стараюсь жить настоящим, не думаю о ролях, которые не сыграл. Но грех жаловаться, я из категории «вечно играющих артистов», и в театре хватает спектаклей, с Роксаной играем в антрепризе. Поэтому всегда радуюсь, когда приезжаю на дачу и переключаюсь на другие занятия, например, посажу дерево, погуляю с собаками, съезжу на рыбалку. Однажды рекордную щучку поймал на одиннадцать килограммов...Бывало приедешь на какую-то лужу, или, речку Пахру - сидишь-ловишь - счастье. Сейчас, правда, из каждого болотца или прудика сделали рыбное хозяйство, где за деньги можно поймать осетра. Я не браню людей, которые занимаются этим бизнесом, но такой натуральной рыбалки, как раньше, почти не осталось. А какая была рыбалка на Волге, под Астраханью! В Северной Америке, и даже в Австралии мы с Шурой рыбачили. В Швейцарии меня так обшаривали - как будто пистолет или гранату искали - не пронес ли я рыбку без лицензии. Там тоже ухитрился половить, потом повар в ресторане эту рыбу приготовил. Среди зрителей всегда хватает наших соотечественников, которые знают, что мы с Ширвиндтом - отъявленные рыбаки. Приносили нам удочки и даже дарили снасти, которых в Москве еще не было.

- Знаю, что вы не курите, в казино - рядом с вашим домом их было полно - не играете. В каких пороках готовы признаться?

- Женщины и водка, - шуточным тоном говорит Державин. - Три жены. В этом смысле я плейбой. Влюблялся в своих однокурсниц. Женился на Катеньке Райкиной еще в институте, мы с ней вместе учились. Потом ее взяли в театр Вахтангова, меня - в Ленком и наши пути разошлись.

“МИРОНОВА ЛЕГКО БЫЛО РАЗЫГРАТЬ»

- Вы - мастер розыгрышей - артисты театра Сатиры об этом знают. Ходят легенды, что вы лучше всех раскалывает своих партнеров?

- Не всех можно расколоть. Например, Ширвиндта разыграть очень трудно. Он с недоверием относится даже, когда ему говоришь правду. Андрюшу Миронова легко поддавался разыгрышу - не только на сцене, но и в житейских мелочах. Мы с Ширвиндтом выступали в городе Чехове перед местной милицией. Там стоял резак, которым резали автомобильные номера. Смотрю режут номер, как на новой машине Андрея Миронова. Я попросил, чтобы мне полномера с цифрами отдали и принес его в театра. Приходит Миронов, я ему говорю - вот валялись чьи-то номера около входа, то ли их сняли, то ли машину угнали... Он побледнел и как рванул на улицу, а через минуту возвращается: «Сволочь! Где ты откопал эти номера?». Но Андрюша быстро отходил и не не обижался, наоборот, даже ценил хороший розыгрыш.

- Актрис вашего театра - Ольгу Аросеву или Веру Васильеву - тоже разыгрывали?

- Наших девушек лучше не трогать. Мы с Ольгой Александровной летели на гастроли на Сахалин. По дороге самолет остановился на маленьком аэродроме. Вышли две тетеньки, внимательно осмотрели нас, узнали что-то смутно знакомое. Аросева говорит, указывая на меня: это начальник местного сельхоза. И тетеньки взяли меня в оборот: говорят, у нас тут грузовые весы не работают... И пока мы дожидались следующего рейса, я с умным видом изображал начальника. А была другая веселая история: меня пыталась разыграть моя давняя подруга Наталья Селезнева. Шел концерт на Дальнем Востоке. Я - на сцене. Вдруг в боковой кулисе появляется Селезнева... в одних трусиках. Я делаю вид, что ее не вижу. Но ее заметили два дяденьки из первого ряда, у них аж пот выступил. Я поворачиваюсь в другую сторону. Селезнева, чтобы меня смутить, за кулисами перебегает на другую сторону. А там уже другие дяденьки - в шоке. Представляю, что они рассказывали в антракте. И когда со мной не получился розыгрыш, Наташа решила «расколоть» Ольгу Аросеву, а меня взяла в сообщники. Был у нас такой номер в концерте: Ольга Александровна в роли диктора телевидения берет интервью у «инженера» Бориса Рунге. Она сидит за столом со скатертью - вся такая красавица, в гриме, с сережками. А когда репортаж заканчивается и выносят стол, зрители видят, что внизу на Аросевой - валенки и мятая юбка... Аросева уходила со сцены под бурные аплодисменты. Наташка Селезнева мне говорит: «Я залезу незаметно под стол, спрячусь за скатертью и буду Ольгу Александровну щекотать». Ну-ну, думаю... И я заготовил второй стол в другом конце сцены, где и разыгрывалась вся миниатюра. А Наташка сидела до конца отделения скрюченная под первым столом. Только я слышал: «Сволочь, у меня затекли ноги, я больше не могу», - шипела Селезнева из-под стола. И был эффектный финал, когда я представлял актеров: Ольга Аросева, Борис Рунге... И в конце, срывая скатерть со стола: «Наталья Селезнева, легендарная пани Катарина из «Кабачка 13 стульев».

- Михаил Михайлович, помню, на прошлом вашем юбилее Александр Ширвиндт снял для вас ресторанчик на теплоходе, куда пришло человек двести гостей. На этот раз что вам друзья придумали?

- Сегодня в театре «Сатиры» мы с Шурой играем спектакль «Привет от Цюрипы» по Фазилю Искандеру. А второе отделение, как я догадываюсь, - мой бенефис. Что там будет - для меня секрет, Шура, как обычно, попросил «не вникать в подробности».