
Есть у меня привычка, оставшаяся со времен увлечения театральной критикой: вечером набрасывать впечатления после спектакля, чтобы потом не забыть детали.
Три года назад сразу после торжественного отмечания 55-летия Башмета я наскоро запротоколировала мероприятие. Но публиковать заметки не стала - чтобы не омрачать праздника уважаемому музыканту, которому и так досталось ни за что. Записала и забыла. И вдруг случайно в старых бумагах нашла. Посмеялась. Да и рискнула предложить вашему вниманию. Как документ эпохи. Еще раз подчеркну: реплики подлинные. Есть свидетели.
...Юбилей мэтра Юрия Башмета в Большом зале Консерватории шел чинно-благородно: поздравления, цветы, приветственные адреса. Как говорится, ничего не предвещало... И тут во втором отделении на сцену вышла Рената Литвинова.
Кто надоумил доверчивого юбиляра пригласить девушку ведущей на сцену Консерватории, не знаю. Но Ираклий Андронников после ее вступления, наверное, перевернулся в гробу. От зависти. С выходом актрисы торжественная часть, собственно, закончилась и началась юмористическая передача.
Рената, спотыкаясь и бессмысленно улыбаясь, кое-как добрела из кулис к микрофону, и, старательно фокусируя куда-то расползающийся взгляд, обескураженно сказала: "Ну... вот... "
Потом, наклоняя голову то туда, то сюда, как птичка, пристально повглядывалась в зал. И тут заметила рядом с собой нарядного юбиляра. "Юрий Абрамович Башмет!" - объявила она, делая акцент на отчество, и победно показала на музыканта рукой - как будто публика могла не знать, кто это.
Затем Рената набрала воздуха и вдруг высоким голоском истошно завопила: "Среди нас - гений!" "Да, гений!" - обиженно повторила она кому-то в зал, но уже потише, испугавшись своего же крика. - Посмотрите, какие у него волосы! Вот тут! - и она интимно потрепала юбиляра за локон около ушей.
- Видите? Висят такие штучки! (и она упорно попыталась завивающийся локон распрямить). -Я не знаю, как это называется... То, что висит у вас по бокам! - продолжала она мурлыкать. - Но они такие блестящие и замечательные! А ведь Юрий Абрамович не пользуется никаким муссом!
В этот момент показалось, что по всем законам рекламы Башмет немедленно поделится своим секретом ухода за волосами, который и помог ему достичь такой популярности. Но юбиляр терпеливо улыбался.
- Правда ведь? Вы не пользуетесь муссом? Ну, я же говорю - он гений! - продолжала гнуть свое Рената. Тут в зале прозвучал первый робкий смех , и девушка воодушевилась: - Нет, я же не шучу! Надо пользоваться им, пока он с нами! Надо успеть... А то ведь жизнь так быстротечна. Раз, два, три - и нет человека!"
Башмет нервно вздрогнул. Но тут как-то кстати на сцену выскочил казачий хор, грянул что-то жизнеутверждающее, так что страх смерти на время отступил. Ненадолго.
После хора Рената потрясла зал новым откровением. - Вот вы дожили аж до 55 лет, - обратилась она к Башмету. - Это такой возраст... Большой... И вот ведь еще ходите, даже улыбаетесь... Наверное, в зале сидит ваш личный врач... У вас нет личного врача? Да как же это...
- Есть в зале врачи?! Нам срочно нужен врач! Срочно! - возопила вдруг девушка совсем дурным голосом, как если бы Башмет на ее глазах упал и забился в падучей... - Я имею в виду - реаниматолог! Юрий Абрамович! - она истошно затрясла его за рукав - В зале дежурят реаниматологи?!
Со стоической улыбкой Башмет отцепил девушку и тихо сказал: - Вот композитор... Он у меня вместо реаниматолога... В зале скромно приподнялся какой-то высокий мужчина и попытался раскланяться.
- А- а - а - а! - понимающе протянула красавица. - Ну да... Мне говорили... Я должна объявить, что сейчас сыграют произведение вот этого... она показала на смущающегося композитора... - Как его... ну, вот этого, его и сыграют... А вы точно не врач? - подозрительно спросила она и на всякий случай погрозила так и оставшемуся безымянным композитору пальцем.
Тут опять грянул оркестр, один за другим потянулись на сцену деятели искусств. Рената представляла каждого на свой лад. Имя Беллы Ахмадулиной она прошептала себе под нос, так что Башмету пришлось самому представлять гостью.
Зато когда сцену хотел покинуть Никита Михалков, она метнулась за ним за кулисы с криком: "Никита, Никита, вернись!" И буквально вытащила упирающегося Михалкова обратно к публике...
Затем она почему-то стала поздравлять Башмета с дочкой - как будто та только что родилась. И заявила, что имея такую прекрасную дочь Ксению Башмет может спокойно продолжать пить.Трезвый Башмет снова вздрогнул.
В какой-то момент показалось, что актриса просто не знает, чем занимается по жизни этот человек, которого она здесь чествует... Наконец, утихомирившись, Рената села за стол на сцене, заметно заскучала и стала картинно томиться. При виде новых выступающих она строила рожи и деланно вздыхала.
И когда на сцену вышла капелла и дамы в платьях в пол красиво затянули " Многие лета", Рената наконец не выдержала. "Ну, пора заканчивать!" - недовольно обратилась она к Башмету, как только девушки закончили одну песню и собирались приступить ко второй. - Надо отпустить Башмета! - потребовала она уже у публики. - Я тут за столом вся истомилась! Нам пора идти праздновать! А то тут вышли эти женщины в красных платьях - брезгливо кивнула Рената на замершую капеллу. - Мне дурно на них смотреть!"
Дамы вздрогнули и отступили назад, опасаясь, что Ренату вырвет прямо им на подолы... Допеть им не дали. Рената взяла не посмевшего оказать ей сопротивление Башмета и увела за кулисы. Праздновать. Сама она, судя по концерту, начала праздновать задолго до мероприятия. И сумела-таки сделать его незабываемым! Ничего не скажешь - мастерство ведущего! Его не пропьешь...