Товарищ Сухов и в 80 здоров душой и телом

Уважение коллег и зрителей актеру Кузнецову принесли роли в 150 фильмах. А настоящую народную любовь - его товарищ Сухов из «Белого солнца пустыни»... - Не обидно, что вас до сих пор называют товарищем Суховым? - А почему мне должно быть обидно? Многие почему-то уверены, что до «Белого солнца пустыни» я был не очень известным актером. Это не так. Но те фильмы, понятно, не имели такого успеха, какой был у картины Мотыля. Каждый хочет сыграть хотя бы одну по-настоящему звездную роль. У меня, к счастью, получилось, хотя и остальные работы я люблю. - Говорят, Мотыль задумывал свой фильм как чистый вестерн... - Да, но в процессе работы и Мотыль, и вся съемочная группа поняли, что нельзя сделать чисто американский жанр лучше самих американцев. В итоге и я, и Павел Луспекаев, и Кахи Кавсадзе, и Спартак Мишулин постарались сделать своих персонажей глубже. Не помню, какая из десятка крылатых фраз придумана на съемочной площадке, а какая изначально была в сценарии. Импровизировали много, и это пошло фильму на пользу. - Вы, конечно, знаете про традицию показывать «Белое солнце» космонавтам перед полетом. - Мне Гречко пару лет назад рассказал смешную историю: как-то космонавты попытались заменить его на «Ширли-мырли». А потом вернули все назад. Не пошла у них комедия Меньшова. - Я слышал версию, что вы отказались играть в «Гараже», потому что Рязанов предложил вам роль отрицательного персонажа. - Да, я тоже слышал. (Смеется.) Но проблем с отрицательными героями у меня нет - я, как говорится, многостаночник. Негодяев, правда, играть не довелось. Будем считать, что все впереди. - Сейчас где-нибудь снимаетесь? - Закончил работу над двумя телепроектами. Надеюсь в ближайшее время еще поработать. Продюсеры почему-то не верят, что в 80 лет я здоров и телом, и душой. Особенно после операции, которая случилась в 2006-м - тогда все написали, что я чуть ли не при смерти. А я себя и тогда чувствовал нормально - а теперь еще лучше!