Ярослава Танькова: Как я была колхозницей. Часть 13

Продолжение. Предыдущие части читайте здесь...

В прошлых частях мы рассказали, как Ярослава приехала в колхоз под Рязанью и устроилась скотницей за 4000 рублей в месяц. Профзаболеваний у работников фермы - вагон, медпомощи - никакой, работа без отдыха. Все, что есть, - это выделенная в собственность паевая земля, которую перекупщики выманивают у крестьян за копейки, и квартира, доставшаяся от колхоза, да и ту отнимают...

КТО ЧТО ЗАРАБОТАЛ

Однажды в сельсовете я услышала забавный диалог одной из местных бабушек с молодым парнем.

- Разве ж можно, чтобы зарплата больше пенсии была? - возмущалась бабуля.

- Конечно! Мы же заработали... - пожал плечами молодой.

- Это мы заработали! - вскинулась старушка. - Всю жизнь за трудодни пахали. Теперь ваш черед!

Старики хотят денег за то, что работали раньше. Молодые - за то, что работают сейчас. А денег нет. Но есть квартиры и дома, которые колхозникам выдавались за ударный труд. Раньше по закону квартира или дом, куда селили приезжих работников, оставались за колхозом. Пока работаешь на общину - живи на здоровье, а нет - с жилплощади попросят. И только через 25 лет работы ее разрешали выкупить по себестоимости. Но грянули 90-е, советская власть скончалась, колхозы распались, законы изменились. На месте бывших государственных колхозов выросли СПК (сельскохозяйственно-промышленные кооперативы). А вот в каком качестве перешли им по наследству государственные квартиры, построенные когда-то государственным колхозом, - большой вопрос! Жестких указаний на эту тему в законе нет. Вот люди и считают каждый по-своему. Колхозная жилплощадь в селе - больное место.

- Пять лет назад мы нашу двухкомнатную закрыли на два замка и уехали, - рассказывает бывшая гребневская жительница Юля Капустина. - С собой взяли только сына 7 лет, две сумки с одеждой и долги за обучение в университете. Сейчас живем в Санкт-Петербурге, я работаю в крупном холдинге заместителем главного бухгалтера. Муж - дальнобойщик. Купили жилье по ипотеке и чувствуем себя ни от кого не зависящими людьми! В Гребнево возвращаемся только по праздникам и летом. Молим Бога за то, что вырвались оттуда. Но квартиру не отдадим. За 10 лет каторги муж ее заработал своим потом - водителем в колхозе, почти бесплатно.

Людей понять можно. Что такое колхозный труд за копейки, я сама испытала. Но и управление колхозное понять могу: сама же в начале приключений устроиться не могла, потому что жилья нет. А как молодых специалистов в село заманивать, если их селить негде?

- Все жилье - колхозная собственность! - утверждает председатель Трепалин. - И только на собрании мы можем решать, кто имеет право выкупать квартиру, а кто нет.

- Мы за квартиры государству платим! - недоумевают жители. - Значит, жилье государственное! И мы имеем право его приватизировать и выкупать, как любой человек в городе, если хочет.

Разобраться же по закону со стороны очень сложно, ведь все касающиеся жилья документы хранятся подальше от посторонних глаз.

- Я семь лет на колхоз горбатился! И квартиру эту заработал! А у меня ее отобрать хотят. Не дам! - чуть не каждый день твердит дядя Леша. - Я на свои деньги АГВ (автоматический газовый водонагреватель) провел. А колхоз ни копейки не вложил! Унитаз разбит, потому что с отсыревшей стены бачок на него грохнулся, и начальство на капитальный ремонт ни копейки не выделило.

На другом конце села возмущаются другие колхозники:

- Водопроводные трубы проржавели насквозь, вода из кранов в половине домов не идет. Мы материал сами закупили, просили хоть чем-то помочь, так председатель даже трактор не дал! Вот копаем траншеи руками, трубы сами кладем. Раньше дома почему колхозу принадлежали? Потому что, если что, колхоз же все и чинил, и закупал... А теперь с чего бы нашими руками Трепалин будет распоряжаться?

Действительно, колхоз - это взаимные обязательства руководства и работников. А если должны только колхозники - это уже какое-то крепостное право получается.

КВАРТИРА В ОБМЕН НА ГАЗ

Мало того, год назад по деревне прошли гонцы от руководства с требованием под страхом неподключения газа (тогда его в деревню как раз проводили) подписать бумаги о «найме жилья». Если кратко, то это обязательство никому без разрешения колхоза жилье не сдавать и не продавать, а, главное, через пять лет вернуться к пересмотру вопроса вообще о праве тут жить.

- Что теперь с квартирой-то будет? - бурчат люди. - Нас на улицу выгонят, потому что в колхозе не работаем? Ведь мы сами под этим подписались.

Адвокаты, которым я показывала сей документ, во мнениях расходятся. Одни говорят: «Липовая грамота». Другие - что, вполне возможно, собственность оформлена так, что и сейчас людей могут попросить освободить помещение. В общем, конфликт разгорелся нешуточный.

Понятно, что хозяйство новых специалистов требует и селить их куда-то надо. Понятно, что денег на новое строительство у СПК нет. Понятно, что обидно, когда человек живет в колхозной квартире, а работает где-то на заводе. И тем более обидно, когда он, сбегая в город, продает свое жилье кому-то левому под дачу. Но разве это повод выкидывать людей из домов по законам, которые давно в прошлом. А может, я не права?

- Да и дело вовсе не в сохранении жилья для колхоза, - отмахиваются местные жители. - Вон главному инженеру разрешили же выкупить квартиру всего за 200 тысяч рублей, а за 700 тысяч продать. Это просто еще один рычаг давления - кто не с нами, тот без жилья. И способ заработать на таких вот «своих», которым будет разрешено выкупить и продать. А квартиры-то даже в нашей глуши недешево стоят...

Продолжение - в пятницу, 12 марта. Ярослава расскажет, почему от количества коров зависит количество алкашей в деревне.

МНЕНИЕ ЭКСПЕРТА

«Бездомными колхозников не оставят»

Комментирует Сергей Шугаев - председатель общероссийской общественной организации «Сельская Россия, эксперт консультативной группы по проблемам межбюджетных отношений Счетной палаты РФ

В начале 90-х, когда распались государственные колхозы, жилье, принадлежащее им, в большинстве своем было передано именно муниципалитетам. Но кое что оставили за собой и вновь основанные на базе колхозов предприятия. Прежде всего необходимо выяснить кому принадлежит право собственности – этому Сельхозпромышленному комплексу или муниципалитету. Если руководство заставляет жителей подписывать договор о найме, люди имеют полное право в ответ требовать показать Свидетельство о праве собственности. Это очень важный документ! В нем указано, кто именно является собственником.

Если не показывают, - смело идите в прокуратуру с заявлением, что руководство колхоза нарушает ваши права, заставляя подписывать сомнительные бумаги. Прокуратура проведет проверку. Уж им-то документы покажут обязательно. А они пришлют вам официальный ответ.

Если жилье муниципальное, - гоните их с договорами в шею и приватизируйте жилье.

Если жилье спорное (когда колхоз и муниципалитет равно предъявляют права), тоже гоните в шею. Потому что в противном случае, подписав у вас не имеющие права на жизнь договоры о найме, руководство отправится с ними в суд, как с доказательством своей правоты. Вот, мол – и жители признают нас собственниками.

Если же право собственности и правда у колхоза, спокойно подписывайте бумагу. Возможно все это делается исключительно для того, чтобы не было вопросов у налоговой инспекции. Только убедитесь, что в документе нет пунктов обязывающих вас работать в колхозе. Этого они не имеют права потребовать. А вот вы требовать от них ремонта имеете полное право.

Что касается выселения, это вряд ли. Работает человек в колхозе или ездит в город – не важно. Он уже занимает жилплощадь и насильно его оттуда никто не выгонит. Недавно был случай, - в Раменском таким образом пытались поступить с людьми. Но те подняли такой шум, что власти тут же остановили эту компанию.