Уникальная музыкальная коллекция «Великие композиторы» (том 25: Ф. Лист)

Диск и книга всего за 139 рублей плюс стоимость газеты

 

Все вышедшие тома коллекции вы можете приобрести в нашем фирменном магазине по адресу:

 

Старый Петровско-Разумовский проезд, д. 1/23 (пн. - пт. с 10.00 до 20.00, сб. - с 10.00 до 18.00). Проезд от станции метро «Динамо» автобусом № 84 или маршрутным такси № 384 до остановки «Вымпел». Справки для подписчиков: (495) 609-67-48. По всем вопросам, связанным с коллекциями «КП», вы можете обращаться по телефону: (495) 637-64-57

 

 

- Впервые мы встретились в самом неподходящем для композитора (Ференца Листа) и школьника (меня) месте - видеосалоне. В перерывах между «Рембо» и «Дикой орхидеей» бесплатно крутился вечный двигатель «Тома и Джерри». Затесался среди них и оскароносный «Кошачий концерт», рапсодия из которого навсегда застревает между ушами. «Тр-р-р-р-р-р-рам дам! Та рира-рира-рира драм-да-дам!» О том, что я влюбился именно в «Венгерскую рапсодию № 2», мне стало известно только в музыкальной школе.

 

Как у каждого истинного гения, путь Листа к славе оказался усыпан отнюдь не розами: сколько раз Листу приходилось начинать жизнь с чистого листа...

 

Потомок венгерских крестьян пробивался, словно росток через булыжную мостовую. Отцу пришлось продать все вплоть до цветочных плошек, чтобы оплатить поездку на учебу в Вену. Но дело того стоило. «Среди нас живет бог!» - вскоре начали кричать газеты о выступлениях 11-летнего пианиста. Но богом для Листа был Бетховен, и благословение не заставило себя ждать. На одном из концертов на сцену поднялся немецкий композитор и чмокнул паренька в покрывшийся испариной лоб.

Воодушевленный Лист отправился покорять Париж. Но мальчика не приняли в парижскую консерваторию. Подобная неприятность случилась и с Джузеппе Верди в Милане. Но если итальянца завалили на специальности, то венгра даже не допустили до экзаменов из-за происхождения. Лист сначала почувствовал себя беззащитным мышонком. Но после красиво отомстил: в 12 лет написал оперу, которую поставили в Гранд-опера!

 

С тех пор современники заговорили о его БЕЗГРАНИЧНЫХ исполнительских возможностях. До сих пор на них равняются пианисты (в шутку они даже вывели единицу измерения виртуозности «один лист»).

 

Его любили все. Гений. Красавец. Франт. Остроумец. И он тоже любил. По жизни Листа сопровождали звуки не только дивных «Грез любви», но и хруста сердец под каблуками блестящих, как маленькие рояли, туфель. И здесь сам он был то мышонком, то котом.

 

Каролина Сен-Крик, которая всегда хранила его кольцо с гравировкой «Будем ждать», писательница Жорж Санд, черпавшая вдохновение в его музыке, графиня Мари д'Агу, творившая вместе с ним критику, российская дворянка Каролина Витгенштейн, так долго добивавшаяся развода, чтобы быть рядом с любимым композитором. А сколько было их - неизвестных дам, которые западали на гения, словно клавиши фортепиано, даже после того, как он стал аббатом... Да, в отчаянную минуту - после смерти дочерей - он принял постриг. Но он не изменил себе, продолжая творить и любить. В конце концов Папа Римский мягко попросил его покинуть Ватикан и не компрометировать духовный сан. Хотя, скорее всего, дело тут скрывалось в другом. Лист был явно популярнее Папы. А отцы - даже святые - плохо переносят конкуренцию на своей территории. Тем более если это территория покоя. А Лист, по выражению Гейне, «...не может быть спокойным пианистом для мирных граждан и уютных ночных колпаков». В нем слишком много обжигающих огня и льда. Слишком много неожиданности: никогда не знаешь, как поведет себя маэстро через мгновение - ударит ли тебя наотмашь мягкой кошачьей лапой или нежно царапнет мышиным коготком. Но при любом раскладе - заставит влюбиться в себя.