
Фото: Владимир ВЕЛЕНГУРИН. Перейти в Фотобанк КП
Гостей, которые слетались вчера на инаугурацию Рамзана Кадырова, специально везли через центр Грозного - по проспекту имени Ахмата Кадырова. Еще несколько лет назад город лежал в руинах и его называли «черной дырой», в которую без пользы вбухивали миллиарды бюджетных рублей. «Дыру», похоже, заштопали, о чем победно «кричали» новые и отреставрированные дома, а также портреты самого Рамзана, развешанные на самых видных местах.
Сама инаугурация проходила в резиденции Кадырова, в соседнем от Грозного городе Гудермесе. Гигантский стеклянный павильон, возведенный по этому случаю, походил скорее на парник. День выдался солнечным, хотя синоптики обещали дождь. «Это мне подарок от Всевышнего», - радовался Кадыров. Церемония шла всего час. И выглядела на удивление скромно. Рамзан - в черном костюме, с Золотой Звездой Героя России и таким же золотым орденом Ахмата Кадырова на груди - держался уверенно. Даже задорно проговорил: «Раз-два», проверяя микрофон перед произнесением присяги. Волновался Рамзан лишь дважды. Когда полпред президента Дмитрий Козак зачитывал приветствие Владимира Путина. И второй раз, когда Кадырову передали тяжеленный президентский штандарт: Рамзан решил всех поразить и держал древко одной рукой.
А сенсацией можно назвать еще две телеграммы Кадырову, которые зачитали после путинской: одна от короля Саудовской Аравии Абдаллы, другая - от наследника саудовского престола султана Азиза. Это выглядело необычно, потому что и в первую, и во вторую чеченскую войну именно в Саудовской Аравии формировались, а потом перебрасывались в Чечню отряды наемников. Но после того как с саудовским руководством «поработало» руководство российское, там взяли под контроль всех вербовщиков и их финансовые потоки. Переброска боевиков прекратилась.
Тронная речь Кадырова была четкой и отточенной. Сам он ее писал или нет, не в этом дело. Главное - суть.
- Я вхожу в высшую власть не ради власти, - медленно, с расстановкой объявил Рамзан, - а рассматриваю ее как инструмент, с помощью которого хочу достичь главной цели - мирной, процветающей Чеченской Республики в составе России.
Естественно, вступили бурные аплодисменты.
- Мы полностью отдаем себе отчет в том, - продолжил воодушевленный Рамзан, - что благополучие Чеченской Республики немыслимо без сильной и стабильной России. Поэтому мы выступаем за последовательную централизацию власти, при которой регионы не чувствовали бы себя государствами в государстве, а были бы активной частью единого целого. И я не вижу необходимости в договоре о разграничении полномочий между федеральным центром и Чеченской Республикой.
Повисла тишина. Собравшиеся переваривали значимость сказанного. И через мгновение захлопали громче прежнего. Но Рамзан, прежде чем усесться в президентское кресло, решил еще закрепить все вышесказанное:
- Чеченская Республика навсегда - равноправный и равноценный субъект Российской Федерации, и с этого пути мы не сойдем никогда и ни при каких обстоятельствах!
Когда закончилась инаугурация, я спросил у Рамзана:
- Чему будет посвящен президентский указ номер один?
- Сложный вопрос, - вдруг растерялся Рамзан. - А, вот, придумал: первый указ будет об утверждении концепции нашей национальной политики. До сих пор у нас не было этого. Будет!
Кстати, заседания правительства Чеченской Республики Кадыров обычно вел на чеченском языке. Инаугурация проходила только на русском. Когда я спросил его, чем это объяснить, он сказал:
- А разве в Конституции Чеченской Республики говорится, на каком языке президент должен вступать в должность?